Читаем Код возвращения полностью

— Может, у вас, может, в городе.

Дерез замотал своей огромной тыквообразной головой.

— Про город не скажу, а у нас его точно не было.

— Ладно. А вот эти рожи видел? — Рожков показал несколько фотографий.

— Сеймур часто заходит. — Толстый, с деформированными костяшками палец уткнулся в одно фото. — И девка эта вроде знакомая. А остальных не знаю.

— Ну и ладно. А в гостинице кто живет?

Дерез осекся и вмиг утратил словоохотливость. Даже зачем-то оглянулся по сторонам и понизил голос:

— Там всего два номера занято. Парень с девчонкой из Краснодара и двое каких-то черных. То ли чечены, то ли еще кто. Вчера приехали. Не понравились они мне. И ребятам не понравились. Такие рожи отмороженные, и ведут себя нагло. Вон они как раз подкатили!

Сквозь стеклянную дверь Дерез указал на улицу. На стоянку заезжал большой черный автомобиль.

— Спасибо, Андрей Сергеевич! — Майор протянул руку, и тяжеловес улыбнулся: столь резкое изменение отношения ему было явно приятно. — Сейчас мы проверим, что за птицы. Петруша, пошли!

Они снова вышли на воздух.

— Уже уходите? — добродушно спросил грузный охранник в камуфляже. — Заходите еще!

Громко пели цикады. Луна очистилась от облаков и светила особенно ярко.

— Закончим с ними и поедем в «Охотничьи домики», поедим мяса, — сказал Рожков, сглатывая.

— Ага, — рассеянно ответил старший лейтенант. Сейчас он не мог думать о мясе. Сунув руку под пиджак, он тискал теплую пластмассовую рукоятку. Для него милицейская работа еще не стала привычной и обыденной.

Со стоянки вышел человек в черных брюках, черной олимпийке и черной куртке. Он тут же попал под яркий мертвенный свет ртутного фонаря, вокруг которого роилась целая туча суетливой мошкары. Невысокого роста, но широкий в плечах, с короткими ногами, наверняка борец, потому что многие кавказцы увлекаются борьбой: из-за низкого центра тяжести они уверенно стоят на ногах и успешно проводят подсечки и броски. Холодное костистое лицо, большая залысина на лбу, острый, чуть крючковатый нос, развитые надбровные дуги, квадратный подбородок.

Что-то в облике незнакомца сразу насторожило Петрова. То ли холодный блеск глубоко посаженных глаз, то ли чрезмерная уверенность в себе, которая проявлялась и в надменном выражении лица, и в хозяйских манерах, то ли полностью черная одежда, придававшая ему мрачный, зловещий вид. А скорее всего, исходившие от него звериные биоволны угрозы. Старший лейтенант расстегнул ремешок открытой кобуры. На мгновение настороженный взгляд незнакомца встретился с испытующими взглядами оперативников, в следующую секунду он развернулся и пошел назад.

— Гражданин, подойдите сюда, уголовный розыск! — властно приказал Рожков, обращаясь к черной спине.

В это время со стоянки вышел второй кавказец, лица которого старший лейтенант не рассмотрел, отметив только, что он на голову выше первого и такой же широкоплечий. Дальше события утратили четкость, последовательность и логичность.

На черной кожаной спине в районе левой подмышки мелькнул быстрый огонек, и тут же раздался резкий звук выстрела. Сзади зазвенело стекло, вскрикнул охранник.

Высокий кавказец что-то гортанно прокричал и вытянул правую руку. Раздался еще один выстрел, он прозвучал совсем рядом, и Петров вдруг понял, что это стреляет он сам из неизвестно как впрыгнувшего ему в ладонь пистолета. Теперь вспышка мелькнула из кулака высокого, грохота старший лейтенант не услышал, только свистнуло над головой, рванув несколько волосинок. Холодом обдало спину, живот поджался и прилип к позвоночнику, хотелось стать плоским, как лист бумаги, и повернуться этой плоскостью к выстрелам.

Высокий побежал в темноту, рыжий повел стволом ему вслед, интуитивно нашаривая плохо различимый силуэт, нажал спуск — раз и второй, пистолет привычно подпрыгивал, желтые всполохи на мгновение рвали темноту, но не освещали местность.

— Ложись, стреляют! — откуда-то издалека донесся пронзительный голос Рожкова. Пригнувшись, тот отбегал в сторону, вырывая из-под куртки оружие. Через секунду справа снизу раздались его выстрелы.

Петров водил стволом в поисках цели, но в темноте никого видно не было.

— Где они? — спросил он сам у себя. — Неужели ушли?!

— Да нет, первого ты завалил, вон он лежит, — нервно отряхивая левой рукой колени, сказал Рожков. Он тяжело дышал, как будто только что пробежал несколько километров.

— Как завалил?! Где он?!

— Не видишь, что ли? — буркнул майор. — Ну-ка, подстрахуй, может, притворяется.

Он осторожно двинулся вперед, и только сейчас Петров рассмотрел черную фигуру, неподвижно лежащую на сером бетоне. Черт! Неужели насмерть?

Петров тут же прицелился и стал подходить ближе. Майор, осмотревшись, рывком перевернул тело, выдернул подогнутую руку, выбил зажатый предсмертной судорогой пистолет, пощупал пульс.

— Вишь, как хитро шмалял, гад, из-под мышки. Видно, ученый! Ты ему ловко засадил — в сердце и позвоночник!

— Как? Я же вроде один раз стрелял.

— Да нет, вот две дырки, посмотри!