Читаем Код Иуды (СИ) полностью

  «Так почему Иуда?» - снова спросила она. Заскрипели чашка и блюдце; он чувствовал запах чая над ароматом трав. - В этом нет никакого секрета?

  О да, был секрет. Такой секрет! И только два человека знали это: Сталин и он сам. Это был поворот, последняя гарантия. Возможно, ему стоит рассказать ей немного об этом, успокоить ее всем, кроме крайней иронии.

  Когда он не ответил, она сказала громче (возможно, Кросс досаждал ей): «Я имею в виду, что мы должны быть в этом вместе. И я научил тебя всему, что ты знаешь… »

  Правда. Он мог кодировать и декодировать лучшие из них. Он мог использовать одноразовый блокнот - передать код, который практически невозможно было взломать. Относительно просто, если знать, как: вы просто использовали страницу из блокнота, содержащую последовательность, скажем, пятизначных чисел, представляющих буквы алфавита, и добавили заранее установленное число алфавита - 27, возможно, для A по убыванию. равным 2 вместо Z. Поскольку исходные числа не имели шаблона, результат был почти нечитаемым для взломщика кода. После того, как каждое сообщение было отправлено и получено, вы уничтожили этот лист блокнота, и на следующей странице была еще одна девственная последовательность случайных цифр, доступная только вам и получателю сообщения. Она даже рассказала ему о манускрипте Войнича, томе длиной в 204 страницы, очевидно закодированном, который с момента его открытия в Италии в 1912 году американцем Уильямом Войничем не поддается анализу.

  Да, она многому его научила. Любовь и обман включены.

  Что же касается его способа общения с Кремлем, то она не будет так впечатлена. Это был один из старейших известных методов отправки закодированной информации: все, что вам нужно, это ключ. Но пока у вас не будет этого ключа, у вас может начаться мигрень.

  Ключом была книга. Об этом договорились в Кремле он и Сталин. Библия была первой книгой, о которой подумал Хоффман - раньше она была его благодетелем! - но он отверг это, потому что это, вероятно, сразу же придет в голову криптоаналитику, и потому, что он не думал, что Сталин это оценит.

  Они договорились о войне и мире. Это было в высшей степени уместно. А от специалиста московского центра НКВД он научился сравнивать числа с буквами и изменять ссылки, чтобы сбить с толку враждебно настроенных шифровальщиков, если ключ будет обнаружен.

  Если бы это было обнаружено. Вполне вероятно, что это уже было, все 1315 страниц - спрятано с помощью передатчика, который он использовал для связи с Москвой, в комнате, которую он арендовал в «Алфаме». Без сомнения, он находился под наблюдением; возможно, даже когда она заваривала чай, Рэйчел знала о Войне и мире.

  Но когда придет время, он сможет поменять ключ. И она не знала главного секрета Кодекса Иуды ...

  Собака перепрыгнула через одну из карликовых изгородей; казалосьнаслаждаться дождем, который был больше, чем его владелец; но он наслаждался собакой.

  С чашкой и блюдцем в руке Рэйчел вернулась в комнату, одетая в темно-синий костюм, с черными волосами, более длинными, чем когда они впервые встретились; пара паучьих складок в уголках глаз, которых не было в те дни.

  Она села напротив него, потягивая чай. 'Библия?'

  'Иуда? Нет. Это личное дело. Сталин даже не знает, что я это так назвал ».

  - Это не ваше кодовое имя?

  Он покачал головой. Его кодовое имя было Голубь. Но зачем облегчить работу Кроссу? С другой стороны, почему Кросс и Рэйчел хотят его обмануть? Но однажды они уже сделали это ...

  «Я бы не прочь поспорить, - сказала она, откусывая шоколадное печенье, - что, поскольку вы миролюбивый человек, вы выбрали такое кодовое имя, как Голубь. Что-то подобное.'

  « Был мирным человеком, - сказал он. «Можете звать меня Иуда. Ты и Кросс. И Черчилль.

  - Вы ведь не рассказали мне обо всем, что произошло в Польше?

  - сказал я Кроссу. Этого было достаточно, не так ли?

  На каминной полке пробили часы; день был похож на воскресенье, но была среда.

  Она грустно сказала: «Мы должны были сказать вам все с самого начала. На днях Кросс сам ковыряется в карманах. Двойной крест, очень смешно, очень верно… »

  Но он все еще занимается с тобой любовью? У него не было никаких симптомов ревности. Он бы не стал, не так ли, когда был довольным любовником?

  Она сказала: «Кросс рассказал мне все о той девушке в Лондоне».

  «Она была бедняжкой».

  'Держу пари.'

  Если бы он не знал ее лучше, он мог бы поклясться, что в ее голосе был намек на ревность.

  «Ты был таким другим, - сказала она, - когда вернулся».

  «Я никого не убивал перед отъездом».

  «Не только жестче, - сказала она. «Еще… замкнутый…»

  "Скрытный?"

  'Автономный. Жить внутри себя. И старше, - добавила она.

  «Тогда мне просто нужно адаптироваться, не так ли, - сказал он.

  … Просто нужно адаптироваться, - постучал он, возвращаясь к передатчику.

  «Хорошо, - сказала она снова бодрым голосом, - теперь вторая часть урока. Передача и получение. Я иду в посольство. Подожди здесь, я начну передачу через пятнадцать минут ».