Читаем Код имплементации: 40. Часть 2 полностью

– Спокойно, Ульян, без паники, – спокойный голос Паукова. – Ты находишься на корабле. Вся команда в сборе. И не только команда, – он мрачно усмехнулся: – Как в песне, помнишь? «С нами Вовка, с нами Вадим»[5]… – он шуршал электродами, что-то подключал и постоянно говорил с ней. – Ну-у, неужели не помнишь? «А что это за девочка, и где она живет?»… – она почувствовала еще один укол в предплечье, жгучая боль заставила вздрогнуть. Пауков удовлетворенно вздохнул: – Вот и рецепторы у тебя хорошо работают. А со слухом у меня да. Так себе. Согласен… Ты в себя приходи, вот вместе и споем. Хаером тряхнем, а? Улька?

Рядом послышались тяжелые шаги.

– Что скажете, доктор? – голос рептилоида, Химала-Чи. «Так он тоже, что ли на корабле?».

Голос Артема:

– Повторяю, я не доктор. Лечением экипажа занимается программный модуль плеомониторинга… Капитан уже приходит в себя.

– Это хорошо. Я немного расстроен, что пришлось применить силу, – вздохнул. – Но в свете того, что вы мне рассказали перед нападением атавита, у меня не было другого выхода, повторяю.

Ульяна почувствовала, что если сейчас не очнется, то пропустит самое интересное. Собрав все силы, пошевелила пальцами на ногах, руками. И раскрыла глаза.

Артем будто ждал этого, усмехнулся уголком рта:

– Любопытство породило женщину, – заметил. – Любопытство ее и убьет. Ты как, капитан?

Она схватилась за борт саркофага.

– Нор…Нормально. Кажется, – икнула и попробовала сесть. Получилось только завалиться на бок, остальное сделал Артем. Усадил ее внутри распахнутой диагностической капсулы, сунул под спину подушку и сложенное вчетверо одеяло.

Медлаборатория «Фокуса». Верхний свет приглушен, тихо гудит оборудование, вентиляция переключилась в режим ионизации – в воздухе пахло грозой. Слева от саркофага – Артем, на руках видны ссадины и продолговатые синяки. Справа – Наташка, хмуро буравит взглядом рептилоида, тонкие пальцы барабанят по спинке стула. Химала-Чи расположился на пуфе напротив Ульяны. Вася Крыж, Ираль и Тим устроились за ним, чуть отодвинув в сторону ширму. Ульяна выдохнула с облегчением: все живы.

Она поправила клапан на комбинезоне, дернула вверх до упора «молнию».

– Он ушел?

– Атавит? – рептилоид внимательно следил за ней. – Нет, он уничтожен. Это впервые, за все сто пятьдесят лет, как они проявили себя. Прибыли специалисты с Большой Гирны, сейчас проверяют данные по сформированному вашим фрегатом полю, анализируют… Но, то, что сделали вы, это… Революция! – узор на щеках Химала-Чи искрился серебром.

Ульяна сцепилась в край одеяла:

– А что говорят ваши специалисты, предварительно? – девушка старалась говорить спокойно, но голос дрожал. Артем подал фляжку с водой.

Рептилоид пожал острыми плечами:

– Пока у меня нет полного отчета. Наши специалисты подвергли анализу остатки вещества атавита, а также структуру и свойства примененного в отношении него поля. И если с первым особенно нет сюрпризов, подтвердилось то, что и без того было известно, то второе – пока загадка: вещество, давно известное нашей цивилизации, бисим. Из него выполнены все конструкции в космосе. Оно становится тем прочнее, чем в более агрессивной среде находится. Но формула молекулы изменена. Добавлены новые элементы внутри кристаллической решетки, она оказалась скручена по примеру молекулы органического вещества. И это подарило новые свойства материалу.

Ульяна и Артем переглянулись:

– А что именно подтвердилось по первому пункту? Кто такие атавиты?

Рептилоид шумно выдохнул:

– Атавиты – это эхоплазмоиды. Чистая энергия, которая питается и материализуется космическим веществом. При разрушении связей внутри существа, происходит его разрушение. Из пыли пришел, в пыль и обернулся. Что, собственно, вы и сами могли наблюдать.

– То есть оно передвигается, ломая пространство-время? Как плазменное эхо? – Крыж вытащил из пазов креоник, забил в поисковой строке запрос.

– Да, они используют темную энергию, обширные фотонные поля, плазму. Формируют новые структурные связи внутри космических пустот, подпространства. Они вездесущи. Их частицы находятся в каждом из нас. Во всем сущем.

– Простите, господин Химала, – Ульяна должна была понять главное: – Атавиты – это те, кого мы называем Ушедшими, ведь так? Мы говорим об одной и той же расе?

Рептилоид кивнул:

– Они, действительно, покинули сектор тысячи лет назад. «Ушедшие» – вполне приемлемое наименование.

– Тогда я не понимаю, зачем они на вас нападают, как вы остались до сих пор живы… Как вам удалось разорвать связь с ними?

Химала-Чи рассеянно огляделся. Бело-лунный узор окрасился голубым:

– Я не совсем понимаю, – прошелестел, наконец. – Что вы имеете ввиду?

– Имплементация. Если алавиты – это Ушедшие, то за сто пятьдесят лет они должны были полностью подчинить вас. Уничтожить, поглотить. Но это не произошло… Как вы остановили имплементацию?

Комендант снисходительно улыбнулся: