Читаем Код Атлантиды полностью

– Как прошли переговоры? – справилась Сара. Стопки бумаг на освещенном лампой столе в комнате привлекли ее внимание, как только она вошла в комнату. – Добился, чего хотел?

Торн улыбнулся, всем своим видом показывая: даже если и добился, не собираюсь рассказывать об этом тебе.

– Зачем ты перевел меня в Каир? – задала Сара следующий вопрос.

– Хочешь спросить, не для того ли, чтобы мы снова встретились?

Сара попыталась непринужденно улыбнуться.

– В твоих силах вызвать меня куда угодно, – подчеркнула она. – Я не об этом. О деле. Какие цели преследует египетское правительство? Они хоть понимают, что владеют несметными богатствами?

– Вряд ли. А зачем им это? Их интересуют лишь долларовые купюры.

– А о Китае им известно?

Торн пришел в замешательство.

– Гм… – промычал он. О чем-то поразмыслил. – Ты о Китае, значит, знаешь.

– Слухи разлетаются быстро. В конце концов, ты чуть не разжег войну.

Торн вызвал официанта и заказал еще бутылку шампанского. Человек торопливо объяснил, мол, осталось только «Крюг». Торн велел принести и пристально взглянул в глаза Саре.

– Мозги у тебя всегда работали что надо, детка.

Мне просто повезло, подумала Сара. Оказывается, Элен не лгала.

Торн взял Сару за руку и, почувствовав, что пальцы у нее холодные как лед, принялся нежно их растирать. Увидев по взгляду хозяина, что ему в самую пору остаться с подругой наедине, его люди бесшумно удалились.

– Ты не задержишься тут, так ведь? – спросила Сара, вдруг догадавшись, что наслаждаться обществом Торна ей придется недолго.

– Верно. Улетаю завтра утром. Захотел перед отъездом увидеть тебя. Прошло столько времени…

– Куда ты летишь?

– В Рим.

– В Рим? – Сара сразу поняла, что его влекут в итальянскую столицу не только спагетти и Ватикан. И едва сдержалась, чтобы издевательски не рассмеяться. – Собираешься переговорить с Папой? Сообщить ему о том, что цивилизация возникла немного раньше Христова рождения?

Торну было не до смеха.

– Что-то вроде того. Президент уже там.

– Что? Значит, войну в Антарктике он завязывает между делом?

– Войны время от времени вспыхивают повсюду, Сара. – Торн встал. – Десерт не желаешь? – Сара потерла лоб, у нее начинала кружиться голова. – Десерт будешь?

Он поднял ее со стула. Прижал к себе. Исходивший от Торна тонкий аромат, до боли ей знакомый, мгновенно просочился прямо в ее сердце.

– А я хочу десерт, – произнес он хрипловато. – Тебя.

Какая пошлость. Если бы он не действовал на нее так возбуждающе, Сара наверняка хватила бы его ведерком со льдом. Но нет, она лишь сильнее прижалась к нему, однако мгновение спустя отстранилась.

– Так зачем же ты перебросил меня в Египет?

Торн провел рукой по ее волосам.

– Подумал, что тебе нужна перемена. Жизнь в Сибири – не сахар.

У Сары не было сил сопротивляться дольше. Она позволила себя поцеловать. Впрочем, не только поцеловать. Опьяненные страстью, они с некоторое время осыпали друг друга ласками прямо у стены. Потом решили, что лучше перейти на кровать. В конце концов, из подросткового возраста оба давно вышли.

Он знал, что от шампанского она теряет голову. Мерзавец!

20.03

Их называли квазикристаллами.

Настоящими кристаллами они не были, потому что их атомы или молекулы не образовывали кристаллическую решетку, как, к примеру, молекулы старой доброй поваренной соли. Квазикристаллы представляли собой непериодические конфигурации в пространстве и обладали вращательной симметрией пятого порядка.

Кола в стакане Новэмбер явно превратилась в квазикристалл. Это натолкнуло Хаккетта на мысль о феномене стоячих волн, возникающих в жидкостях, исследованном в 1831 году Майклом Фарадеем. То есть о колебаниях – на них-то Хаккетт и сосредоточил внимание.

Физик и инженер прибежали выяснить, что тут за шум, когда врач уже собрался уходить. Скотт принялся рассказывать о случившемся, Новэмбер утирала салфеткой слезы.

Врач из медицинского центра в ЦЕРНе сказал:

– Она не пострадала. Нет ни ожогов, ни ссадин. Давление немного повышено, но дыхание в норме. Опасений ее состояние не вызывает.

– Никакой боли не было, я ведь говорю, – с досадой произнесла Новэмбер, до сих пор всхлипывая и содрогаясь всем телом. – Но я и рукой пошевелить не могла, хоть пыталась изо всех сил. Казалось, она насквозь промерзла, но было совсем не больно.

– Почему же ты тогда кричала? – спросил Скотт участливо.

– Потому что испугалась, – ответила Новэмбер дрожащим голосом.

Хаккетт наклонился над столом. По радио передавали уже совсем другую песню, но настроено оно было на ту же волну. Итак: приемник – С-60 – стакан с колой. Подошедший Пирс внимательно смотрел на присутствующих. Вмешиваться с расспросами ему не хотелось, однако не было сил и уйти. Ощущение, что происходит нечто сверхъестественное, словно приковало всех к месту.

Стальной шарик продолжал лежать на поверхности колы, которая не замерзла, но по непонятным причинам затвердела.

– Боже мой… – пробормотал Мейтсон.

– Боже, скорее всего, не имеет к происшествию никакого отношения, – заявил Хаккетт, еще раз тщательно осматривая приемник. – Боб, выключи радио, – неожиданно попросил он, взглянув на Пирса.