Читаем Книга Вина полностью

По свидетельству Агафокла Вавилонского, и Кир Великий даровал своему другу кизикийцу Питарху семь городов – Педас, Олимпий, Тий, Скептру, Артипс, Тортиру. «Он же, – пишет Агафокл, – исполнившись глупой дерзости, собрал войско и попытался править родиной как тиран. Однако жители Кизика яростным натиском устремились на него, и каждый старался первым броситься навстречу опасности».

В Лампсаке почитается Приап (это то же самое божество, что и Дионис; Дионис же является его прозвищем наряду с другими именами – Триамбом или Дифирамбом).

[О том,] что жители Митилены зовут свое сладкое вино продромом, другие называют его протропом.

Восхищаются также икарийским вином. Например, у Амфида:

Из Фурий масло, чечевица Гельская,Вино икарское и фиги кимолийские.

На острове Икаре, пишет Эпархид, производят так называемый прамний, – это сорт вина. Он не сладкий и не густой, но сухой терпкий и крепости необычайной. Как утверждал Аристофан, этот сорт не нравился афинянам: он ведь пишет, что афинский люд не любит ни поэтов суровых непреклонных, ни прамнийских вин, от которых сдвигаются брови и сводит кишки, но [предпочитает] душистые, «сочащиеся нектаром зрелости». Сем пишет, что на острове Икаре есть скала, называемая Прамнион, а возле нее высокая гора, с которой и получают прамнийское вино; некоторые называют его зельем. Сам же остров из-за своих рыбных богатств прежде назывался Ихтиоесса, подобно тому, как Эхинады названы по морским ежам, Сепийский мыс по водящимся вокруг него каракатицам, а Лагусские острова – по зайцам; по тому же образцу названы и другие острова, Фикуссы и Лопадуссы. Согласно Эпархиду, виноград, из которого на Икаре получают прамнийское вино, в других землях называется священным, сами же жители Энои называют его дионисийским. (Эноя – город на этом острове.) Дидим, однако, утверждает, что прамнийское вино названо так по винограду, [из которого его получают]; другие говорят, что это специальный термин, обозначающий все темные вина; некоторые же считают, что это означает вино, долго сохраняющее свои качества, – будто бы от слова «парамонион» (длительность, упорство); а иные толкуют это название как «смягчающий душу», поскольку-де пьющие его успокаиваются.

Амфид в следующих стихах хвалит вино из города Аканфа:

– Угрюмец мрачный, говори, откуда ты?– Аканфянин.– О боги, получается,Что ты, земляк вина необычайного,Решил характер уподобить имениОтечества, отринув нравы светские.

О вине из Коринфа Алексид упоминает как о терпком:

Вино там завозное, ведь коринфское —Была бы пытка сущая.

Он же упоминает и эвбейское: «Эвбейского вина немало выпивши». Архилох же сравнивает вино из Наксоса с нектаром; он же говорит где-то:

В остром копье у меня замешан хлеб. И в копье же —Из-под Исмара вино. Пью, опершись на копье.

Страттид же хвалит вино из Скиафа:

Прохожим рай: течет рекой скафийскоеНапополам с водой, густое, темное.

Ахей – библийское: «Он принимал, угощая бокалом крепкого библийского». Вино это названо так по имени некоей местности. Перечисляет же Филлий:

Я выставлюЛесбосского, хиосского старинного,Фасосского, библийского, мендейского —Похмелья никакого не предвидится.

Эпихарм говорит, что оно было названо по имени неких Библинских гор. А по утверждению Арменида, эта местность расположена во Фракии, ее называют Библия, а также Антисара и Эсима. И это неудивительно, ведь славилась прекрасными винами как сама Фракия, так и места, находящиеся с ней по соседству:

Тою порой корабли, нагруженные винами Лемна,Многие к брегу пристали…

Гиппий Регийский пишет, что и так называемый «вьющийся» виноград прежде называли библийским; его якобы завез из Италии Поллий Аргосский, царствовавший в Сиракузах. В таком случае и сладкое вино, называемое сиракузянами поллийским, есть не что иное, как библийское.

<…> Афиней рассказывает, что, произнося пророчество, божество по своей воле добавило:

Пей замутненным вино, если ты не живешь в Анфедоне,Или Гипере святой, где беспримесным ты его пил бы.

Действительно, жители Трезены, как пишет в их «Политии» Аристотель, прежде называли сорта винограда анфедонским и гиперейским по именам неких Анфа и Гипера, подобно тому как альтефийский виноград [был назван] по имени некоего Альтефия, одного из потомков Алфея.

Перейти на страницу:

Все книги серии Александрийская библиотека

Похожие книги

10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

Публицистика / История / Образование и наука
Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука