Читаем Книга стихов (СИ) полностью

И врачи не навредили сыну,

Не прогнали дети со двора.

Чтоб друзья камнями не забили,

Он один старался всюду быть:

Не влюблялся в женщин из-за крыльев —

В час объятий крыл не утаить!

Но когда от выдоха Вселенной

Мир людей совсем оледенел,

Пробил час — и птицей вдохновенной

Он расправил крылья и…

Запел!

Это пенье растопило льдины,

И пока не замолкал Орфей,

Превращались в рыцарей пингвины,

А цветы и кошки — в добрых фей.

Так планета во вселенской стуже

Сыновей рождает иногда.

Ведь Земля как камень — лишь снаружи,

А внутри —

Крылатая звезда!

ОХОТА

Под гончий лай идет охота:

Весь превратившийся в стрелу,

Летит олень через болота,

Пронзая облака и мглу.

Охотник экономит пули:

Он ждет, он знает, что теперь -

На место, где его спугнули,

Затравленный вернется зверь…

Вот так и я вернусь с повинной,

Скажу: «Прости… не убивай!..»,

Когда, рога свои откинув,

К лосихе убежит трамвай…

Я шкуру распахну, как шубу,

Расплачусь… призову Творца,

И потушу кривые губы

В твоих коленях —

из свинца…

АССОЛЬ

Я помню — в первоклассные года

Копался я в песочнице, как в чуде:

Там находил и строил города,

В которых жили глиняные люди.

Там океан песками погребен.

Я откопал там остров и столицу…

Народ на вымиранье обречен,

Когда из детства выдраны страницы…

Я снова, перепачканный, босой,

Бумажный парус опускаю в воду:

Ведь где-то за туманом ждет Ассоль

Корабль под алым парусом

Восхода…

ОТПУСК НА ДАЧЕ

На двери звякает цепочка –

Златая цепь добра и зла.

Из моей точки, как из почки,

Проклевываются два крыла.

Уже вовсю в очках и в шляпе,

Стучится в дверь мою рассвет,

А мы с тобой опять прошляпим

В постели кинолепет лет.

Мир будет птицами стучаться,

Кипеть фанфарами реки.

Возьмут, как гончие, след счастья

Две женских рыщущих руки.

Нарежут белый свет стрекозы,

Как стеклорезы — для окна,

И пчелы запоют глюкозу

В обед, нанюхавшись руна.

И мы полюбим, и — придавим,

И будем жить так — без теней,

Свежо, как радиопреданья,

Еще пяток полярных

дней…

ЧЕТЫРЕХРУКИЕ

Ходит пьяный ветер, ищет мельницу,

Залетает вьюгой в рукава:

Думает, что в сердце перемелется

Вьюга — Калиюга — на слова…

Ты почто мне сердце рвешь, чудилище?

Не получишь ничего взамен:

У меня ведь крыльев — не четыре же,

Переменный ветер перемен.

Вот поймаю лебедицу в руки я,

Заласкаю — прилетай опять.

Станем с девой мы, четырехрукие,

Муку на мукУ перетирать…

ЯБЛОНЬКА

Говорила она: «Весна!

Я сегодня тебе нужна.

Воплощусь для тебя из сна,

Стану радовать — как жена!

Говорила она: «Впусти!

Буду яблонькой взаперти

Круглый год для тебя цвести».

Я ответил ей: «Не свисти!»

Белой яблонькой — вся из сна,

Расцвела она у окна,

Круглый год пела — как струна.

Оказалось, что — всем нужна…

И сейчас говорит: «Прости,

Но хочу я для всех цвести!

Если хочешь меня спасти –

Отпусти…»

Я сказал:

«Не свисти»…

ЗЕЛЕНЫЙ СВЕТОФОР

Бежит по улице девчонка —

Кроссовки, маечка, трико —

В поющем парке обруч тонкий

Вращает талией легко.

Красавица сегодня рада

Заправить в пять свою кровать:

Дыша туманом и прохладой

Она бежит себя встречать.

Восходит Солнце светофором —

Всех цветом листьев застращав,

И отдают ей честь шоферы,

Над ухом палец повращав.

ПИСЬМО

Напиши мне три слова, красавица!

Хоть о чем напиши пару фраз —

Чтобы лопнули сразу от зависти

Все русалки в деревне у нас!

Чтобы луны в платках — на завалинке,

О письме говорили, ворча:

«Городские — не наши, не валенки.

Уведет мужика у девчат!»

Или вышли конверт, мне подписанный, -

Без письма, просто так. Я пойму.

Пусть девчонки соседские лисами

Ходят в гости к такому письму…

В ДЫМУ ОЛЬХИ

На берегу реки русалки

Венки сплетали из лучей,

А я искал в траве фиалки:

Букет желаний и речей.

Мне песни девы распевали,

Потом ушли по ветвям в мглу,

Лишь сучья, как пути русальи,

Вели к центральному стволу.

Я шел за песнями. Некстати

Хлестали ветки, но я шел

Туда, где в сплющенном закате

Пробил дорогу черный ствол.

Я по нему спустился в темень,

И в темени продолжил путь:

Там мертвым — просыпаться время,

А всем живым — пора уснуть!

И я глаза закрыл случайно —

Сто ведьм увидел я тогда:

Они ногами мяли в чане,

Как виноград, мои года.

Я крикнул: «Чертовое семя,

Я уличил вас в колдовстве!»

И тут меня хмельное время

Ударило по голове.

Из-под земли явилась фея,

Рукой взмахнула, а потом

Заколдовала: «Ерус — Ферус!

Отныне будешь ты — котом!

Ты будешь сказки петь у дуба.

Вновь человеком станешь ты,

Коль поцелует тебя в губы

Царевна дивной красоты!»

…Качнулся космос невысокий.

Я полетел издалека

Туда, где режет об осоки

Река бока и облака…

Теперь я кот. Судьбу ругая,

Златую цепь я волочу.

Пойду налево — песнь слагаю,

Направо — сказку бормочу.

Послушать притчи, сказки, оды

Из века в век ко мне в кусты

И ведьмы с лешими приходят,

И девы дивной красоты…

Пою, мурлычу в зной и в стужу.

В дыму ольхи, в лесу красот

Всем от меня чего-то нужно,

Не нужен никому — лишь кот.

ЗАЧЕМ Я НЕ СНЕГ

Протрублю о тебе в водосточные трубы,

Семиструнною радугою прозвеню —

Не поймешь.

Не заметишь.

Пройдешь.

Не полюбишь…

В этой жизни я — дождь. Я тебя не виню.

Я склоню пред тобой свою глупую тучу —

Разреши к твоим окнам прижаться щекой?

Я вернулся:

Небритый,

Осенний,

Колючий,

В рваных струнах ручьев и с опавшей листвой.

Отчего же я дождь — бородатый мальчишка?

Ах, зачем

Я не белый,

Пушистый,

Как сон: