Читаем Книга стихов (СИ) полностью

Буду — ангел молодой,

Ведь не зря в земные игры

Предначертан я звездой.

Спой дождями, семицветик,

Шумом леса говори,

Я тебя за песни эти

Не разжалую в цари.

ТВОРЧЕСТВО

Так вот как душа отлетает —

Кружится и падает пол,

И звезды пернатою стаей

Садятся на пляшущий стол.

Так вот в чем творящее дело —

Внизу окружает огонь

Мое бездыханное тело,

Но льется стихами ладонь.

Какое ж имею я право

Автографы ставить свои

На строчках, стяжающих славу

Любви?

+++

Налью вина в свой череп неглубокий

И стану пить я песни из него

О том, что мир — прекрасный и высокий,

А этот свет — сплошное озорство!

Налью вина туда, где под рубахой

Кипит, разношенное мной вконец,

Чужое Солнце, что не знает страха,

Двуликий Янус,

Сириус сердец.

КРЫЛЬЯ

Душа, зачем тебе крыла? —

В горбы срослись людские крылья.

Ты улетаешь из чела,

И тело плачет от бессилья.

Чело, зачем глаза тебе? —

Ведь у людей пустые очи.

Я вижу два крыла в горбе —

И жить нет мочи,

нету мочи…

ФЛЕЙТА

Превращаюсь в аккорд. Не жалейте.

Не ищите меня в мире гроз:

Дух играет на мне, как на флейте,

Выдувая мелодии звезд.

Расцветают салютами чакры,

Звуки пахнут, растут, как цветы,

Ниспадают трехмерные чары

Слепоты, глухоты, немоты.

Солнце — «до», «си-бемолем» — Меркурий,

А Венера звенит нотой «ля»,

«Фа-диез» — это Марсовы бури,

«Соль» аккорда — планета Земля.

Из двенадцати сфер льются чувства,

Я дрожу в резонансах планет,

Я вибрирую цветоискусством,

Превращаюсь

в невидимый

свет…

ДОКТОР

Грешных Смерть метит дегтем.

Человек, чуть дыша,

Захрипит: «Доктор, доктор,

Что такое душа?

Что же в плоть одевалось?

Что такое Любовь?..»

Но молчит доктор Фауст,

Только комкает бровь…

ТАМ КОНЕЦ ДОРОГ

Возвращаясь к Отчему порогу,

Думаю, что истину постиг:

До конца пройти одну дорогу

Лучше, чем прочесть собранья книг.

В этих придорожных передрягах

Растерял друзей в своей груди.

Для меня утрата — это благо:

Меньше бед осталось впереди.

Впереди — ни веры, ни сомнений,

Только опыт, чистый, как озон,

Растворяет камень преткновений,

Расширяет звездный горизонт.

Впереди — все тропки и дороги

Возвратились на родной порог.

Где начало — там конец дорог…

Там в исток впадают все тревоги.

СИЛУЭТ

Однажды проснулся — ее уже нет…

Склонясь над альбомом в потемках,

По памяти я рисовал силуэт

Приснившейся мне незнакомки.

Минули года… и рисунок опять

Достал я с волненьем неясным —

И снова в душе стала песня звучать

О недостижимо прекрасном.

И снова мне ветер, у дома бродя,

О фее красивой и юной

Играл перебором на струнах дождя,

На чистых

пронзительных струнах…

МАКИ

Уходило Детство в воскресение,

Мы ласкались ртами, дураки,

Я тебе писал стихотворение

Длинными чернилами реки.

А когда из неба звезды капали

И Луна звенела, как бокал,

Алыми губами маков на поле

Я тебя всю-всю расцеловал…

Кончилось бессмертие у августа:

Этот сон растаял, — как халва в устах…

ХУДОЖНИЦА

Рисуй, моя художница,

Тетрадки не жалей:

Дождя косые ножницы

Стригут вихры полей.

Рисуй, моя красивая,

Не экономь страниц:

Рука твоя счастливая

Летящих гладит птиц.

Рисуй, родная, радостно

Раскрашивай листы,

Макая кисти в радугу,

В салюты и цветы!

П Р О В О Д Ы

Раскрутил я глобус школьный, помню:

«Мама, собирай меня скорей!»

Мать так быстро бегала по дому,

Что казалось — много матерей!

Мост офонаревшими глазами,

Рот открыв, глядел издалека,

Как за мной, виляя плавниками,

Увязалась Ангара-река…

Только мне «низь-зя» реветь сиреной,

Плакать слезы, вякать — я большой!

Можно лишь в купе вагона в стену,

Губы сжав, стучаться головой…

МЕЖДУ РЕЧЬЮ

Стрела гусей в закат вонзится

И заалеет вдалеке —

Заговорят со мною птицы

На треугольном языке.

Забормочу я, словно школьник:

«На трех китах Земля стоит —

Зачем Бермудский треугольник

Крылами сердце бередит?»

За птичьим клином в Междуречье

Душа летает с этих пор,

Чтоб изучить небес наречье

И клинопись

лесов и гор.

Д Е Т С Т В О

Баба Настя, поворчав для виду,

На закате загоняла коз

И кентавра Лешку — в Атлантиду,

А в коровник — стадо жирных звезд.

Я взлетал за кошкою на тополь.

А к ногам соседской детворы

Прилипал июль густым сиропом,

На компот закатывал дворы.

Где малинник Солнце продавило,

Там косили горизонт стрижи

И лучи багрового Светила

Настригали в копна у межи.

Я глядел, как мамонтов купают,

НЛО пасутся у стогов,

Как Луна на нитки распускает

Кружевные кофточки лугов…

Закатилась речка за Покровку.

Залетело Солнышко в лабаз,

У дракона Мишки на головке

Отключило на ночь

Третий Глаз…

ШУТКА

Когда за мной, молокососом,

Гонялись чьи-то кулаки, —

Из ног моих росли колеса,

Пружины, лыжи и коньки.

Росли то ласты, то педали -

Враги угнаться не могли.

Подрос — мне так накостыляли,

Что прорастают костыли…

ЧТО НЕ СМОГ РАССКАЗАТЬ

Я летаю, как птица, во сне над планетой,

А мои отраженья в морях и болотах

Дирижируют крыльями музыку света…

Только как записать эту музыку в нотах?

Там во сне я рисую кистями закатов,

Что не смог передать наяву, как художник:

Над скакалкою радуги — мальчик крылатый,

Под скакалкою радуги — прыгает дождик.

Прилетает во сне ко мне фея-девица,

Помнят руки мои ее талию, плечи…

Я парю над Землей и свищу, словно птица,

Что не смог рассказать

человеческой речью…

ЛУННЫЙ МЕД

Тишина пахнет мятой и светом,

Воздух полон богинь и богов.

Как шмели, пролетают планеты,

Мед таская на небо с лугов.