Читаем Книга стихов (СИ) полностью

А потом — смотался!..

Прячь ботинки, брат под бок:

Гад смотался –

Но в клубок!

ПЕРЕПРАВА

Постаревшим —

Переправа:

Боцман — левый,

Боже — правый…

МУРКА

Нашей кошке ночью не до сна,

Не сидится в бабушкиных тапках:

Что-то нагадала ей Луна

По ладони царапучей лапки.

Все мяучит после ворожбы,

Все скребется в уличную дверцу:

Кто-то Мурке линию Судьбы

Расцарапал линией

от Сердца!

+++

Было время для гаремов,

Слушал от красавиц

Панегирики на тему:

«Как ты мог!

Мерза-а-авец!»

А теперь от юных фурий

Слушаю — как фугу:

«Ведь не смог,

бесстыдник, шулер -

Обманул подругу!..»

+++

Лишь то имеем мы и любим

Лишь то мы ценим и храним -

Что раздарили разным людям.

Все остальное — тлен и дым…

ДУБ

Отшумела зелень-молодость.

Дуб сверкает золотой

В сентябре, как вспышка молнии

Между небом и бедой.

Спохватился будто к старости —

Осветил такую даль! —

Ослепил все тени в ярости:

Никого ему не жаль…

ТЕНИ

Я знаю: ангелы — не в Англии:

Повсюду люд живет во зле.

И мы с тобой, увы, не ангелы,

Раз появились на Земле!

Пока мы были приведеньями,

Мы понимали все без фраз,

И не отбрасывали тени мы,

А тень — отбрасывала нас…

Мы здесь, застывшие пред вечностью,

Наводим черный свет на свет…

Чернеют тени перед вечером,

Но ночью наших теней нет…

+++

О, женщины, я верил вам,

И боль была остра:

У молодого дерева

Чувствительней кора.

Хотя кору по-прежнему

Жгут контуры сердец,

Но сердцевина нежная —

В кольчуге из колец!

+++

СНГе сидело на деньге.

«С» упало, «Н» пропало.

Что осталось при деньге?

— «Ге»…

+++

Из-под марта поросль молодую

Солнце тащит за зеленый чуб,

И домой два круглых поцелуя

Я несу на чуткой коже губ.

Медленно, сопя от нетерпенья,

На губах несу я слово «Да!..»

У людей уж пролетят года,

Рухнут царства, сгинут города —

У меня все тянется

мгновенье…

НАДЮШКА

На берегу Вселенной, в скалах

Росла девчонка, как сосна.

И вверх ногами проплывала

У ног Надюшки тишина…

И внешность Нади, и манеры

Менялись с каждым годом вновь:

Надежда вытянулась в Веру,

А Вера — расцвела в Любовь!

Любовь зеленой хвойной мрией

Ждет плотника, что ей простит

Связь с небом, назовет Марией,

Чужого сына приютит…

+++

Пусть наша жизнь, как истина, побита,

Но и она нам что-то обещает.

Давай не будем пестовать обиды —

Лишь только слабый

боли не прощает!

Давай не будем «сыпать соль на раны»,

Припоминать измены и пороки:

Ведь тот, кто ищет друга без изъяна —

Тот обречен остаться

одиноким…

+++

«Воробей, — сказал Андрей, -

Птичка-невеличка».

Я услышал: «Вора бей!» -

И подрался с птичкой.

+++

Дед Илья все гремит рукомойником:

Наверху-то — плевать на людей.

Дни похожи, как братья-разбойники,

Бородатой щетиной дождей…

Проползают две боли знакомые

По оконной щеке стороной.

Две руки, две судьбы, две изломанных,

На подушке лежат — на одной…

У, как страшно любови заплаканной

Юной тучкой пролиться с небес:

Чтоб не сцапали нелюди на поле,

Не залапали чтобы не без

причины…

ЦАРАПУЧА И КУСУЧА

Вверх со лба сдувает челку

Непослушная моя,

Отдохнув в моих печенках –

На пенечке у ручья.

То хитро, а то колюче

Из кустов глядит она:

Царапуча и кусуча

Поцелуйная цена…

ХОДЯТ ДЕВУШКИ ПО ЮПИТЕРУ

В желтых аурах,

словно в свитерах,

Ходят девушки

по Юпитеру,

Ищут юношей

и на пир зовут.

Те в горах сидят —

медитируют…

Ходят девушки

в желтых лампочках,

Только юношам

все — до лампочки.

И доводят дев

до истерики —

Медитации

и мистерии…

ОЛЕНЬ

Олень трубил на всю округу,

Зарею обагрив рога,

Он звал ее, свою подругу,

И вдруг услышал клич врага.

И он, пути не разбирая,

Пошел на голос храбреца,

Рогами царскими ломая

Бодавшиеся деревца…

А где-то там, в распадке тихом,

Где верба распустила пух,

Насторожилась олениха,

Вся превратившаяся в слух.

И этот клич, ответный, смелый,

Заклокотал в ее крови.

Она не шла, она летела

Навстречу голосу любви.

На клич — как бабочка на пламя,

Как в реку радостный ручей!

И проплывали облаками

Сугробы талые под ней.

Из-под копыт хлестали искры,

Взлетал и падал небосвод…

Она не слышала тот выстрел,

Что оборвал ее полет.

Как бы запнулась… И в оленьих

Больших глазах —

не страх, не боль,

А выраженье удивленья:

Так вот какая ты,

Любовь?..

И перед ней, разлившись странно,

Дымилось солнце на снегу.

А эхо, ахнувшее страшно,

Пошло выстуживать тайгу.

И зверь огромный замер чутко,

Поднял рога на полпути:

Ему и хочется, и жутко

Навстречу выстрелу

идти…

ОЗЕРО

У кривой березы ветром вспенено

До земли висящее крыло.

Озеро за пыльным «Ново-Ленино»

Облаками густо заросло.

Здесь давным-давно жила Дюймовочка.

Через лес я бегать к ней любил,

А не шее ключик — на веревочке.

Видимо, от детства ключик был.

На пузатый стог мы с ней залазили,

Молча брались за руки.

Тогда

Сердце разрасталось от фантазии,

А душа —

сжималась от стыда…

Было солнце вкусным, как смородина.

Было страшно думать о любви…

Притворялся я, что сильный, вроде бы,

Говорил: закончу десять и…

А сейчас лишь защемит под ребрами

От мгновений, что не так прожил,

Оттого, что ходят в сны подробные

Женщины, которых не любил.

Оттого, что новизной влекомые,

Мы теряем лучшее

не вдруг,

И зовем товарищей —

знакомыми,

А товарищ —

это бывший друг.

Оттого, что жить всем долго хочется,

Но стареть не хочет ни один,

Оттого, что тень моя волочится

За семьею, призрачной, как дым…

И подкатит к горлу комом прошлое

Так, что на себя махнешь рукой…

Почему-то самое хорошее

К нам приходит с болью