Читаем Книга прикосновений полностью

Вот парни, которые у меня были – те знают. Каждого из бедолаг со временем ждал шок первооткрывателя.

Но им вроде понравилось.

***

Чем может притянуть мужчина?

Цветы? При встречах и по праздникам? Стихи, подарки? Вроде бы все любят подарки. И все хотят их получать. Будто стоимость подаренного служит индикатором стоимости тебя. Возможно, это внимание? Красивые жесты? А, может, для кого-то игры? Укоротить дистанцию – и оттолкнуть; спрятаться – и чтобы один за другим бегал. Охотницы-женщины, прикидывающиеся жертвами, и подкладывающие себя под прицел охотнику-мужчине.

Иногда мужчины падки на красивые книжно-журнальные обороты не меньше нас.

Это горячо? Для кого-то очень…

Многие так описывают идеал отношений.

А как насчет… Как насчет здоровой психики, осознанности и открытости? Черт побери, это очень горячо. Проработанности своих проблем, готовности к диалогу? Ответственности? Принятия? Сексуальной грамотности?

Когда мужчина смело говорит об отношениях, о сексе, для него нормально употреблять слово «клитор» и другие подобные слова. Когда он знает, как доставить удовольствие и готов о тебе позаботиться, – даже не пытайтесь меня убедить, что что-то может быть восхитительнее и горячее, – я уже на полпути к соблазнению. Никаких эмоциональных качелей, пожалуйста. Никаких ближе–дальше, контроля, ревности и недомолвок. Цветы – это прекрасно, я их с радостью приму, но мужчину выбирать буду не по этому.

Главное оружие – не подарки, а ваше мышление. Слова. Диалоги. Вы можете соблазнить, раскачать, влюбить. Своей позицией. Личностью. Это самое вкусное.

И спонтанность. Парни, добавьте спонтанности. Разве не здорово внезапно начать танцевать вдвоем на кухне под Алишу Киз, а затем опуститься там же на пол?

Так просто.

***

Да, разумеется, все это субъективное мнение. Мое субъективное мнение. Ты можешь не согласиться, а еще вполне можешь, например, любить подарки (как-никак, один из пяти языков любви по Гэри Чэпмену).

Но, заклинаю, если книга попадет в руки мужчине, и мужчина решит, что ему нужно развивать свои внутренние качества и сексуальную грамотность, – от имени всех девушек, не останавливайте человека.

***

Мне кажется, в нашем прагматичном мире не хватает тайных сообществ. Секретных ходов, ковенов, потусторонних ритуалов. Я восполняю свою жгучую жажду непознанного ведьминской эстетикой из интернета.

В своем роде это субкультура.

Сначала я обнаружила, что меня успокаивают интерьеры домов с колдовским уклоном: дерево, книги, вязанки сушеных трав, окуривания, свечи, стеклянные пузырьки на полках.

Затем вспомнила, что с глубокого детства всею душой привязана к картам. Что обожаю заваривать чай, а обеды-ужины готовлю, как зелье. Что люблю наблюдать за дымом. Что темнота меня не пугает, и как-то я с удовольствием гуляла одна ночью среди тумана, в лесу с дурной репутацией.

Так что я заполняю пространство. Покупаю благовония, свечи, ступки и травы для окуривания. Раскладываю по столу камни и карты. Расставляю букеты. Мне это нравится. Каждый из нас живет в том мире, в который себя погружает. Не вижу ничего плохого жить с капелькой волшебства, пока ты не делаешь из этого курсы для продажи в интернете. В том, что считается современной магией, много от йоги и софрологии. Многое строится на дыхании, осознанности и заземлении.

Отступить на шаг назад – и окинуть взглядом всю картину. Замедлить бег мегаполиса. Быть бережнее к природе, добрее к людям. Чувствовать себя, свою энергию.

У меня тайная жизнь. Иногда это лишь попытка представить, что мое существование – нечто более величественное, чем кажется. Иногда – просто антоним суеты. В любом случае, это то, что делает меня счастливее.

Я приглядываюсь к ребятам, которые рекламировали в соцсетях обустройство потайных комнат (чаще всего, в домах богачей – под оружие). Потом они переключились на то, что, видимо, приносит больше спроса – установку дверей и сейфов. Но я-то все помню.

Я мечтаю об уединенном особняке. С тайными ходами и секретными отделениями. И даже знаю, чем бы их наполнила – письмами, дневниками, редкими марками и монетами, гримуарами, квестами-загадками. Для начала. Почему в мире так мало места тайне? Однажды я пробовала использовать антикафе как площадку для игры в сокровища. Я назвала ее «Игрой Брюгге».

Черное антикафе на последнем этаже Пассажа на Невском проспекте. Оно было хаотично заполнено старинной мебелью: печатными и швейными машинками, шкафами, креслами. Чуть в стороне у окна стояло бюро со множеством выдвижных ящичков. В основном, за ним пили чай, как за обычным столом, только повыше и с зеркалом. Мои руки потянулись выдвинуть ящик. Затем второй. Третий. Четвертый.

Ящички были наполнены безделушками. И – записками. Чьими-то стихами. И, внезапно, – перепиской. Между незнакомцами. Посетителями, которые случайно сели за это бюро, случайно выдвинули ящички и случайно нашли обрывки бумаги со строками от своих предшественников.

Как бутылка с запиской в море.