Читаем Книга превращений полностью

– Все нормально, парни, – сказал он им. Он, конечно, знал, что у них приказ попугать Тейна как следует, но они, судя по всему, приготовились стереть его в порошок.

Так вот, значит, каковы они, эти императорские спецагенты, выполняющие по его приказу грязную работу за закрытыми дверями, грозная замена Ночной Гвардии. Они наводили на него жуть, но он знал, что это нормально, – элемент страха всегда необходим.

– Что… что я сделал? – заикался Тейн, вдруг растеряв все свое хладнокровие. Его глаза так и бегали с одного серого плаща на другой, страх и безнадежность были написаны у него на лице.

– Мы с тобой разберемся, Тейн, – фыркнул один из них, Фулкром не понял кто.

– Мы слыхали, тебе не очень-то рады в Инквизиции, – прошипел другой, хватая Тейна за воротник. – Говорят, ты просто избалованный маменькин сынок.

– Кто говорит? – тревожно спросил Тейн, стараясь держать голову прямо.

– Никто, просто слухи, – а по другим слухам, ты хороший человек, – вмешался Фулкром; ему показалось, что серые плащи слишком уж вошли во вкус.

Тот, который держал Тейна за воротник, оглянулся на Фулкрома, выпустил ворот, и Тейн тут же отпрянул, отряхиваясь. Его обращенный к Фулкрому взгляд был полон почтения.

– Может быть, так оно и есть, только я что-то не пойму, вам-то что до этого? – Тейн обращался ко всем серым плащам сразу. – И кто вы, черт побери, такие?

– Спору нет, ты благонамеренный, но все равно дурак и некомпетентный, – прошипел еще один в сером, причем злоба так и сочилась из его глаз. – Это все знают.

– Слушайте, нельзя же так просто врываться и…

Тейн сделал попытку пройти мимо них, но его схватили, швырнули в кресло и надавали пощечин – хорошо, что он немного осоловел от выпивки, подумал Фулкром. Некоторые гости, делая вид, будто ничего не замечают, украдкой тянули шеи, прислушиваясь к происходящему, и только одна парочка самозабвенно целовалась в углу, безразличная ко всему.

– Заткнись и слушай, придурок. Ты землю роешь, но у тебя проблемы, мы знаем. Мы знаем, откуда у твоих родителей деньжата, и еще мы знаем, почему ты так рвешься помогать Инквизиции.

Тейн посмотрел на них большими глазами.

«Ясно, – подумал Фулкром, – вот, значит, чего боится наш славный паренек Тейн. Он боится, как бы его секреты не стали известны слишком многим».

– Мы знаем, зачем ты устраиваешь вечеринки, – продолжал шептать серый плащ, – покупаешь себе друзей, хочешь всем понравиться, надеешься, что игра в помощника следователя избавит тебя от комплекса вины…

– Ладно, хватит! – крикнул Тейн. – Я все понял. Джентльмены, я весь внимание. Ради всего святого, объясните внятно, чего вы от меня хотите?

– Будет лучше, если ты послушаешь этих ребят, Тейн, – снова вмешался Фулкром. – Не суетись, не то они превратят твою жизнь в кошмар.

– И ты тоже с ними?

– Слушай, Тейн, городу нужна твоя помощь. Помощь человека честного и любящего свою работу. Такого, который будет служить нам верно и никуда не сбежит. Такого, с кем мы сможем достигнуть взаимопонимания… в общем, сговорчивого.

– Похоже на шантаж, – заметил Тейн.

– А он не так глуп, как его представляют, – вслух сказал один из серых, и Фулкром послал ему злобный взгляд.

Незачем понапрасну унижать человека. Тейн на все согласен, ведь они уже и так нащупали его слабое место – боязнь огласки. Серый плащ схватил Тейна за волосы и запрокинул ему голову, – к чести парня, тот даже виду не подал, что ему больно.

– Сговорчивость – самое ценное качество в наших глазах, – сказал агент.

– Ладно, считайте, что мы договорились, – отвечал Тейн, – только отпустите.

Серый плащ повернулся к Фулкрому и кивнул; к удивлению следователя, он и правда отпустил волосы Тейна. Тот подался вперед и принял небрежную позу. Фулкром сам изумился тому, сколько у него оказалось власти.

– Он ваш – дальше договаривайтесь сами, – сказал агент. Тейну он пригрозил: – Если ты заартачишься и все испортишь, то Фулкрому стоит только нам моргнуть, и мы тебя из-под земли выроем, и тогда ты будешь умирать медленной и мучительной смертью.

– Отлично, – шепнул Тейн. – Но послушайте, я даже не знаю, чего вы от меня хотите.

С неколебимым спокойствием они один за другим выскользнули из комнаты, оставив полуоткрытой дверь.

Слегка обескураженный, Тейн отряхнулся, привел себя в порядок и только тогда обратился к Фулкрому:

– Я всегда знал, что ты себе на уме, но такого не ожидал.

– Я тоже, – признался Фулкром.

– И чего ты от меня хочешь?

– Пойдешь со мной в Балмакару. Но сначала оглянись кругом, посмотри внимательно на лица этих людей, на которых ты так любишь производить впечатление. Ты ведь хочешь, чтобы тебя все любили… – Фулкром наклонился к нему и прошептал: – Подумай, что они станут думать о тебе, если узнают, откуда у тебя деньги!

Выражение лица Тейна, написанная на нем решимость сказали Фулкрому, что он с ними, на его сотрудничество можно рассчитывать.

– Вот именно. Скорее всего, они захотят линчевать тебя сами. Ты избран, Тейн. Не подведи меня.

– Ладно. Только дай мне хотя бы прибраться сначала.

Со следующим будет не так легко, понял Фулкром. Его не запугаешь.