Читаем Книга превращений полностью

Так он простоял долго, не меньше часа, а все его тело ныло от недавних побоев. Большая открытая рана на бедре тоже не давала о себе забыть, и, хотя Фулкром знал об опасности заражения, сделать ничего было нельзя – поблизости не было ни лекарств, ни лекарей, ни культистов. Фра Меркури, видимо заметив, что Фулкрому больно, внезапно подошел ближе, его чудно́е половинчатое лицо показалось из-под капюшона. Выделявшиеся на нем живые человеческие глаза, казалось, не имели возраста. Он нагнулся над больной ногой Фулкрома, и тут же между их умами установилась какая-то связь, едва ощутимая для румеля. Щелчком пальцев фра Меркури разорвал ткань, покрывавшую ногу румеля, обнажил изуродованную плоть. Не прошло и минуты, как пальцы пришельца уже трудились над ней, двигаясь с невероятной скоростью. Не имея под рукой ничего, кроме собственной кожи, он как-то залатал рану, а потом приложил к ней горячую ладонь, словно обеззараживая ее, но румель ничего не почувствовал. Затем рука отодвинулась, и под ней оказалось совершенно целое бедро, такое, каким оно было прежде, до ранения.

– Это же чудо, – сказал Фулкром, облачка пара от его дыхания закружились перед ним в воздухе.

Ни слова не говоря, фра Меркури отошел в сторону и снова стал неподвижен.

– Тейн, – сказал Фулкром, – пройди, пожалуйста, немного назад, посмотри, не видно ли там Лан.

– Ладно, – ответил Тейн и ужом скользнул в толпу.

– Не надо! – раздался знакомый голос. Тейн обернулся и увидел Лан.

Фулкром слез со своего ящика. Он сделал это осторожно, ожидая боли или еще каких-то неприятных ощущений в раненой ноге, и когда ничего подобного не случилось, он от напряжения поскользнулся и упал в грязь на одно колено. Лан подошла к нему, криво усмехаясь.

– Рановато для предложения руки и сердца, как по-твоему?

Она помогла ему встать и тут же крепко обхватила его обеими руками. Сердце Фулкрома сильно билось. Так бы и стоял, прижимая ее к себе, и не отпускал никогда. Щеки у нее были холодные, никакой верхней одежды не было – одна потрепанная рыцарская форма. Тейн раздобыл где-то шаль и накинул ее на плечи Лан – Фулкром благодарно кивнул, встретившись с ним взглядом. Так они стояли не меньше минуты.

Первым заговорил Тейн.

– Где Вулдон? – спросил он.

Лан склонила голову и не ответила.

– Он что, еще там? – продолжал настаивать Тейн.

– Позже, – сказал Фулкром и предостерегающе поднял руку.

Тут все обернулись, услышав страшный грохот вдали, и увидели столб пламени на месте Виллджамура, хотя что за снаряд вызвал столь мощное возгорание, никто понять не успел. Облака над городом рассеялись, и земляная глыба в небе была видна во всей своей красе.

Жуткое это было зрелище: парящий в небесах каменистый остров ощетинился черными шпилями, вокруг них летали какие-то существа – громадного, должно быть, размера, подумал Фулкром.

– Да помогут нам боги. Эта летающая крепость – она тронулась с места, клянусь, я видел. Она огромная и движется очень медленно, вот почему это незаметно, но ее положение в небе поменялось, честное слово.

Фра Меркури настойчиво тянул Фулкрома за рукав, отрывая его от Лан.

«Боги не помогут. Зато я могу помочь. Нам надо поговорить». Слова рождались в сознании Фулкрома как будто сами собой. Он кивнул.

– Идем.

Они отошли к ближайшему строению – одноэтажному деревянному домишке, крашенному ярко-зеленой краской. Перед домом был убогий палисадник, полный мертвых и умирающих цветов, и крылечко. Все четверо поднялись по ступеням, Фулкром заколотил в дверь.

Ответа не было, тогда Лан подошла ближе и выбила дверь пинком. Из-за стола им навстречу с ругательствами поднялся крепкий жилистый мужчина – наверняка рыбак.

– Инквизиция Виллджамура, – объявил Фулкром и жестом приказал ему отойти в сторону. Тот послушно умолк и только стоял рядом, пока они занимали стол. Последним в хижину вошел фра Меркури.

Обстановка была скудной: круглый стол, несколько деревянных стульев, на стенах дешевые картинки с пейзажами и старое зеркало в железной раме, в углу – покрытая ржавчиной металлическая плита.

Осторожно опускаясь на стул, Лан обвела своих спутников взглядом и на невысказанный вопрос Тейна хмуро ответила:

– Вулдона больше нет.

– Не может быть! – ахнул Фулкром.

Лан кивнула.

– Он погиб, спасая какую-то семью. Мы уже шли к выходу. Я ничего не могла сделать. – И она опустила взгляд.

Фулкром положил ладонь ей на руку.

– Позже об этом поговорим.

Тейн сидел молча, потрясенный.

– Смерть – это еще не конец, – вдруг раздался голос фра Меркури. У него был непривычный акцент, а голос звучал напряженно, точно он считывал слова со стены, которая была где-то далеко от него. – Части его тела. Принесите их. Я починю.

– Кто или что ты такое? – не выдержал Фулкром. – Зачем жрец привел тебя сюда и где он сам?

– Жрец?

– Ульрик, – сказал Фулкром.

По лицу фра Меркури мелькнуло неясное выражение.

– Вы… «…не имеете понятия о том, кто я», – продолжал голос уже у Фулкрома в голове. «Интересно, а Лан слышит?» Судя по всему, она слышала.