Читаем Книга превращений полностью

Корабль подошел к Джокуллу с востока. Знакомые заснеженные холмы уходили вдаль, кое-где меж ними торчали гранитные пальцы скал, указывая на низкие облака, а то и теряясь в них. Чайки и крачки кружили над морем, оглашая воздух пронзительными криками; их было удивительно много, и это обрадовало Верейн: значит, они и правда дома, на родном острове, полном жизни. Деревья вечнозелеными тенями испещряли холмы, а кое-где между ними серели стены одиноких и, наверное, покинутых ферм. Откуда-то поднимались тонкие столбики дыма, – возможно, это люди племени аэзов, каким-то чудом еще выживавшие в суровых условиях, жгли свои костры. Подумав о них, Верейн вдруг захотела и сама оказаться с ними, стать частью их трудной и простой жизни, оставив позади все свои сомнения и тревоги.

Вскоре на квартердеке рядом с ней показался Дартун: стоя у борта, он всматривался в родные берега, мимо которых они шли. Сильный береговой ветер развевал его плащ. Там, где его тело пострадало от ран на их многотрудном пути, серебрились заплатки из какого-то металла. Теперь он больше, чем когда-либо, напоминал искусственную конструкцию, а не человека – словно его составили из разных реликвий, на которые в самый последний миг, нехотя и не особо стараясь, натянули кожу. Он молчал, она молчала – обоих это, похоже, устраивало. Возможно, он знал ответы на все ее вопросы, только у нее больше не было охоты их задавать.

Они долго плыли в поисках устья какой-нибудь реки, но так ни одного и не увидели. Наконец, устав от поисков, они спустили паруса, повернули судно в сторону каменистого берега и просто посадили его на мель.

Корабль заскрипел, накренился: от суши его отделяли всего каких-нибудь двадцать футов. Не теряя времени, люди похватали пожитки, которыми успели обзавестись за время пути, и прыгнули за борт.

Оказавшись в ледяной воде, Верейн едва не задохнулась от неожиданности и оттого, что кровь буквально застыла у нее в жилах. Но вода едва доходила ей до бедер, и она, собравшись с силами и держа над головой вещи, побрела к пляжу, где скоро упала на мелкую гальку рядом со своими спутниками, которые хохотали как безумцы. Молодого парня по имени Тоди трясло, он все тер себе руки, а дыхание облачками пара вылетало из его рта. Дартун подошел к нему со спины и положил ладони ему на плечи: молодой культист тут же обмяк, озноба как не бывало.

Тогда Дартун подошел к Верейн и повторил то же самое с ней, и она ощутила, как тепло побежало по ее телу. Она вздрогнула. Дартун бесстрастно улыбнулся ей и пошел к другим.

Ферма, которую они заприметили еще с моря, была и правда заброшенной. Это был простой дом с белеными каменными стенами в окружении мертвых от холода деревьев и кустов. Внутри на кухонном столе обнаружились горшки и сковородки; судя по плесени на них, хозяева давно покинули свое жилье.

Тоди и Туунг набрали хвороста, развели в очаге огонь, и дом снова стал походить на человеческое жилище. Верейн переоделась в одежду посуше. Она сидела у огня измученная, счастливая, опустошенная. Двигаться с места не хотелось.

Пока она глядела в огонь, к ней подсел Туунг, зябко кутаясь в плащ.

– Я собираюсь уходить, – тревожно шепнул он ей.

– Что? – удивилась она. – Куда?

– Не знаю. – Он пожал плечами. – Куда угодно, только бы не в одну сторону с Дартуном.

Верейн оглянулась, но их вожака нигде не было видно.

– Не понимаю – почему сейчас?

– Мы почти дома. На Джокулле я и сам найду дорогу. В Виллджамур я не пойду – скорее, подамся в какой-нибудь из городов на севере.

«Может, пойти с ним?» – подумала она. Но она была слишком подавлена, да и Дартуна боялась. К тому же Туунг никуда ее не звал.

– Если кто-нибудь спросит, – продолжал Туунг шепотом, – если Дартун про меня спросит, ты сможешь ему соврать?

– Как?

– Скажи ему, что я пошел на юг, половить чего-нибудь съестного в прибрежных заводях.

– Думаешь, он поверит?

– Не знаю, зато это даст мне время, хотя бы час или два, а потом я… А, черт возьми, что-нибудь придумаю. Найду какую-нибудь дорогу или хотя бы просеку, она и выведет меня на северо-запад, к людям.

– А что ты будешь есть?

– А черт меня знает; найду что-нибудь, места-то тут знакомые. Кремень у меня есть, огонь развести можно, а уж расставить силки на зайца ума хватит. В кухне я нашел пару ножей. Ничего, не пропаду. – И он необычайно теплым жестом взял ее руки в свои. – Удачи тебе, девочка.

Она ничего не сказала ему в ответ, только улыбнулась и стала снова смотреть в огонь, а Туунг исчез.

Пришел Дартун, принес мяса – по его словам, крольчатину, хотя Верейн показалось, что это бельчатина. Впрочем, ей было все равно: главное, что это была еда и ее можно было съесть прямо сейчас. В шкафах на кухне обнаружились кое-какие травы, и Верейн настояла, что приготовит обед, – все-таки занятие, к тому же придающее жизни видимость нормы.

– А Туунга ждать не будем? – спросил Дартун.

– Он пошел на берег поискать в заводях чего-нибудь съестного, а то вдруг бы ты ничего не нашел.

– Хм. – Дартун коротко кивнул. И скрылся в соседней комнате, оставив ее один на один с простым и приятным делом – приготовлением пищи.