Читаем Книга мечей полностью

Этот скейн (ирландское «скьян») [52] похож на уменьшенный вариант металлического клинка колюще-рубящего действия (рис. 27). Не менее интересен и клинок ножа (рис. 29), найденный вместе со многими другими костяными изделиями в кранноге («свайных раскопках») Баллиндерри [53](графство Вестмит): общая длина его — восемь футов, а рукоятка — богато украшена.

Другие костяные ножи упомянуты в «Каталоге». Кости, подготовленные для того, чтобы из них делали ручки или даже ферулы для мечей и кинжалов, тоже упомянуты там: этот материал, ввиду своей легкости в обработке и сравнительной долговечности, никогда не оставался без использования. Будучи сделанными из слоновой кости [54], моржового клыка или зуба гиппопотама, они становятся предметом роскоши. В последнюю очередь кость служила основой для режущих средств. В музее профессора Свена Нильсона выставлен (рис. 31) гладкий, заостренный расщепленный кусок, около шести дюймов в длину, в котором с обеих сторон прорезаны пазы около четверти дюйма глубиной. В каждом из этих пазов закреплен смолой ряд из острых и слегка волнистых кусочков кремня.

Похожее орудие (рис. 30) представлено в иллюстрированном каталоге Копенгагенского музея. Об этом приспособлении я буду говорить более подробно, когда речь пойдет о деревянном мече. Кость чрезвычайно широко использовалась первобытным человеком, а в местах, изобиловавших таким материалом, как рог, он заменял ее. В озерных поселениях Швейцарии находили оленьи рога и деревянные рукоятки или черены, в которых были продолблены пазы; сверла, шила или буравы; жернова, точильные бруски и множество других инструментов. Пещеры «оленьего» периода на юге Франции не менее богаты. Топоры из оленьего рога часто встречаются в Скандинавии, и тот экземпляр, который хранится в Стокгольмском музее, содержит на себе выведенный талантливой рукой контур оленя. В Англии находят бородки, кнопки и другие украшения. Этот материал, если брать его от старого оленя, имеет большую плотность, чем кость, и почти каменную твердость, поскольку переплетенная структура рога содержит известковые соли; более того, она к тому же еще и легко обрабатывается огнем и паром.

Диодор (III, 15) описывает, что ихтиофаги используют рога антилоп при ловле рыбы, «поскольку нужда есть учитель всем вещам». Самое первое упоминание об оружии из рога встречается у Гомера (Илиада. II, 827 и IV, 105), где он описывает, как Пандарус, Лициан, сын Ликаона, использует лук, сделанный из шестидюймовых [55] кусков рога «проворного горного козла». Это оружие могло сохраниться в первозданном виде. Луки древних греков могли быть как простыми, так и составными. Персы [56] предпочитали, и использовали впоследствии очень долгое время, дерево и рог, протравленный, лакированный и украшенный как только можно. Дуарте Барбоса описывает турецкий лук с острова Гормуц как «сделанный из рога буйвола и негибкого дерева, позолоченный и раскрашенный в приятные цвета».

В «Песни о Нибелунгах» упоминается «хорнбоуг» (роговой лук), а венгры появились в Европе с луками из рога и отравленными стрелами.

Луки индейцев сиу и юта сделаны из рога и обиты для увеличения упругости полосками из сырой кожи. Лук племени черноногих сделан из рога горной овцы (Кэтлин), а шошоны со Скалистых гор придают рогу форму, нагревая и увлажняя его, а затем комбинируют его с деревом. Эскимосы крайнего севера Америки, где недоступно другое дерево, кроме принесенного морем, вынуждены мастерить свои луки из нескольких кусков дерева, рога и кости, сгибая их до нужной формы посредством копчения или пропаривания.

Изумительные луки из рога буйвола — небольшие, но далеко стреляющие и сильные — все еще делают в долине Индусов неподалеку от Мултана. Для такого использования рога обрезают, обскабливают, шлифуют для придания им эластичности; у основания их усиливают деревянными гвоздями, щепками или колышками, которые удерживаются на месте, будучи приклеенными или примотанными жилами. Человек вскоре научится заострять свои деревянные рукоятки кончиками рогов, отнятых у своей добычи. Так, древние египтяне использовали рог в своих легких тростниковых стрелах.

В коллекции Кристи есть стрела из Южной Америки, на конце которой — клин из оленьего рога. На полуострове Мелвилл, где ощущался недостаток материалов, использовали в качестве наконечников стрел рога мускусного быка (овцебыка — в большей степени овцы, чем быка) и — в отшлифованном виде — рога северного оленя, усиленные жилами.

Рога антилопы до сих пор еще используются в качестве наконечников копий нубийцами, шиллуками и денка с верховьев Нила, джибба из Центральной Африки и племенами южного континента.

Перейти на страницу:

Все книги серии Оружие

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза