Читаем Книга мечей полностью

Кость, частным случаем которой является зуб, представала перед дикарем твердым и долговечным материалом для обработки деревянного оружия. Теледам, или Телегон, сын Цирцеи и основатель Тускула и Пренеста, по традиции убил своего отца, Улисса, копьем с наконечником из рыбьей кости — из кости aculeum marinae belluae. Зубы Squalus (акулы) и другие gigantum ossa (гигантские кости) или останки эпохи мегатерия предоставляли основу для самых первых экземпляров оружия прокалывающего действия и добавляли протыкающей мощи к удару палицы. Таким образом, по всему миру можно проследить «костяной век», и то, что фраза «народы, использующие кость и камень», верна, доказано на Всемирной выставке в Вене (1873), превосходная коллекция которой нашла себе талантливого описателя в лице профессора А. Уолдриха.

В пещерах Святого Мустьера (департамент Дордонь) в Бельгии и Лхерма (департамент Аррьедж) было найдено множество челюстных костей пещерного медведя (Ursus spelaeus); восходящее ответвление нижней челюсти было отрезано, чтобы удобнее было держаться, а мощные глазные зубы образовывали орудие, инструмент или оружие. Пещеры Пеггау в Штейермарке (Сирия) или Палкау и Пфальбаутен в Моравии [48] или деревни на сваях в Ольмютце предоставили большое количество костных элементов и останков пещерного медведя. Эти грубые инструменты напоминают нам об орудиях, которые с таким успехом использовали библейский Самсон, еврейский Геркулес, силач, убийца чудовищ и бог-солнце (Шамсун) [49].

Дикие племена Камбоджи превратили костяной рог меч-рыбы в наконечник копья, с которым они вполне уверенно нападают на носорогов.

В Коцебу-Саунд капитан Бичи нашел пику из дерева, на конце которой находился моржовый клык; это средство применялось также и в томагавках. Племена Новой Гвинеи используют в качестве наконечников стрел зубы рыбы-пилы и шипы рыбы-шара. Жало малаккского королевского краба (Limunus), ракообразного, которое достигает иногда двух футов в длину, тоже применяется в качестве наконечника стрел.

Аборигены залива Короля Джорджа в Австралии используют в качестве наконечников своих копий острые рыбьи шипы; аборигены острова Сан-Сальвадор, когда их открыл Колумб, насаживали на острия своих копий рыбьи зубы. Нугуит гренландцев (рис. 23) Гранц описывает как имеющий на конце рог нарвала, с деревянной рукояткой, украшенной барельефом с изображением двух мужчин. Сбоку находится еще одно копье (рис. 24) с перекладиной в виде нарвала; древко его сделано из такой же кости и вставлено в мундштук, чтобы представлять собой естественную защиту.

Здесь мы видим связь в сознании создателя между животным, от которого происходит само оружие, и разрушительной целью, для которой оно в основном используется. Также оно хорошо иллюстрирует близкую всеобщую практику среди дикарей делать оружие, имитируя животные формы. Причиной тому может быть суеверие, которое все еще предстоит объяснить.

Костяные раструбы и наконечники все еще используются в стрелах южноафриканских бушменов. Перемежаясь с деревянными, сланцевыми и металлическими, они встречаются по всей Северной Америке, от земель эскимосов до Калифорнии. Замечательное сходство прослеживается между костяной дубинкой «индейцев» залива Нутка и новозеландских дикарей патту-патту или мери. Следовательно, подозревается, что это короткое, плоское оружие, овальной или листообразной формы, сделанное таким образом, чтобы хорошо лежать в руке, изначально представляло собой имитацию плечевых костей. Как и кельт, который является каменной дубинкой, что нашел полковник А. Лэйн Фокс в ложе реки Баун в Северной Ирландии.

Длинные кости животных, косой срез на которых обнажал пустоту внутри, прикреплялись к палкам и жердям; в результате получались замечательные дротики и копья. Таковы же и бамбуковые наконечники стрел североамериканцев, полость в середине которых служит для того, чтобы хранить яд [50].

Более того, ломанием и трением о твердую и грубую поверхность они легко превращаются в мечи и кинжалы. Фенни, или финны, Тацита, не имея железа, использовали стрелы с костяными наконечниками. Инуиты, или эскимосы из Гренландии и других северных мест, делают из китовых ребер челноки, так же как и мечи. «Кремневые обломки» свидетельствуют нам о том, что у древних жителей Мексики были костяные кинжалы. Уайлд приводит уникальный образец такого оружия, найденный в ложе реки Бойн «в затвердевшей голубой глине, под четырьмя футами песка, вместе с несколькими каменными наконечниками для копий». Сделанное из бедренной кости одного из крупных жвачных, оно имеет десять и одну шестую дюйма в длину, из которых грубая ручка составляет всего два с половиной дюйма [51]; лезвие обработано до очень гладкого состояния.

Перейти на страницу:

Все книги серии Оружие

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза