Читаем Книга магии полностью

Пламя разных цветов смешалось в облаке. Пока я его разглядывал, в нем стала формироваться фигура, вся из каскадов света. Меня охватила дрожь. Я понял, что стою перед лицом смерти, не той, что стала бы закономерным и довольно близким, в мои семьдесят, концом, а той, что распылит меня на атомы, смахнет, как пылинку со стекла. Фигура протянула руку, пытаясь схватить меня, и я ощутил прикосновение к душе, заставившее ее испуганно сжаться.

Тут меня охватил всепоглощающий ужас, и я захлопнул дверь, ощущая, как дрожат ноги. На это ушли все силы, словно пустота пыталась эту дверь открыть.

– Дедуль? Все нормально?

Серена стояла на лестнице. Картины вновь висели на стенах, покрытых кремовыми обоями; все было спокойно и тихо, как и полагается в середине ночи. В белой ночной рубашке, со светлыми волосами Серена напоминала маленькое полупрозрачное привидение.

– Да. Мне почудился какой-то звук. В кабинете. А там ничего.

Я говорил отрывисто, как марионетка в кукольном театре.

– А, ну ладно.

Похоже, Серену объяснение успокоило.

– Может быть, оконная задвижка плохо закрыта. Сегодня на улице довольно ветрено. Ты ведь не забыл там кого-нибудь из наших котов, правда?

– Я… да, возможно. Ну, в общем, все в порядке.

Во мне вспыхнуло желание защищать. Нельзя волновать девочек.

– Отправляйся-ка ты в кровать – простудишься.

Серена кивнула и скрылась в своей комнате. Я доковылял до своей и рухнул в кровать, уставившись в пространство – только на этот раз не космическое, а привычное пространство своей комнаты. Я видел космос, и неоднократно, но еще никогда он так не выглядел. Это прозвучало довольно странно… Но я действительно наблюдал за ним из различных обсерваторий по всему миру еще в те времена, когда преподавал в университетах: находясь высоко в горах, ясными ночами изучал звезды. И никогда еще не имел возможности разглядеть его так близко и подробно и, пожалуй, не захочу этого снова.

Потому что, похоже, я понял, где побывал. Я всегда знал, на что похожи кометы.

Но даже представить не мог, что буду разговаривать с одной из них. Да и было ли это? Или эта бледная фигура вовсе не была кометой? Если все дело в комете, то каким образом ее посланник оказался на обычном английском кладбище? То, что он заговорил со мной, магом-астрономом, как раз было вполне понятно. Но я по-прежнему не имел ни малейшего представления о том, чего от меня хотят. И что это за женщина, появившаяся в коридоре? Связана ли она со всем этим? Знаки часто следуют один за другим. Я прокручивал все это в голове снова и снова, до тех пор, пока зябкий рассвет не прокрался в комнату. Тогда я встал и пошел на кухню, сделать чашечку чая. Прихватив с собой чай, я направился в кабинет и, признаюсь без стеснения, пережил пару неприятных мгновений, прежде чем открыл дверь. Но за ней оказалась привычная комната, с привычными шкафами и привычным же беспорядком в них. Ни космических глубин, ни ледяной бездны. Я с облегчением выдохнул и шагнул в кабинет. Мне нужно было найти информацию об Акияма – Маки.

В «Гугле», однако, были лишь общие сведения, известные мне и до этого. Где-то на краю сознания то и дело мелькала мысль, что эта комета уже появлялась раньше. Известно, что имя ей присвоили в 1964 году, но многие из таких комет потом оказываются «той самой великой кометой 1569» или вроде того, а учитывая, что платье моей загадочной гостьи явно принадлежало елизаветинской эпохе, стоило взглянуть, что же появлялось в небесах во время правления этой королевы. Не совсем научный подход: в конце концов, мне удалось увидеть ее лишь мельком. Я пролистал одну из старых книг о небесных явлениях и нашел семь комет в период с 1558-го по 1603 год. Большинство из них были обозначены. Стоило проследить траекторию Акияма-Маки в прошлом, поэтому я сделал кое-какие расчеты и обнаружил, что ее видели в 1571 году.

Затем закрыл книгу и поднял глаза. Моя загадочная гостья стояла в дверях и сверлила меня сосредоточенным взглядом. Ее губы шевелились, но до меня не доносилось ни звука. Ее кожа была бледной и словно подсвеченной изнутри блуждающими под ней огнями; и тут я понял, что она не является ни человеком, ни привидением. Но чем же она была? Естественно, духом. Всю ее фигуру словно обвевал легкий ветерок: трепетали пряди черных волос, выбившиеся из сложной прически, и рукава темно-зеленого платья шевелились, отчего тяжелый шелк рябил, словно водная поверхность. На ее шее и гребне, воткнутом в волосы, сверкали изумруды. Она подняла руку, протягивая мне веточку шалфея. Его острый запах, напоминающий о позднем лете, наполнил комнату. Мгновение спустя женщина исчезла, словно ее и не было. А я остался сидеть над книгой с раскрытым от удивления ртом.