Читаем Книга юности полностью

…Халифа Ташмухаммедова, одна из миллионов людей, живущих на земле, услышала призыв новой жизни. Ни с кем не советуясь, в одиночку она подготовила свое восстание против заскорузлой старины, очутилась в должный день на площади перед костром, открыла перед комсомольцами свое лицо. «Рахмат, яшасун!»— закричали комсомольцы. Она бросила чачван в костер — отныне все пути назад, в старую жизнь, были для нее отрезаны.

Через два дня ее доставили в больницу с глубокой ножевой раной под левую грудь. Нож был в те времена обычным ответом на порывы женщин к свободе. Убийц хватали, судили, расстреливали, но прошли годы, прежде чем старый закон смирился и отступил. Халифу вылечили, отправили в Ташкент учиться; через три года она вернулась в родной Андижан членом партии, народным судьей.

Меня очень интересовала судьба молодой узбечки; работая «журналистом» на входящих и исходящих, я не оставлял надежды сделаться настоящим журналистом и написать историю Халифы.

Между тем зима уходила, прохладные дни сменялись теплыми днями весенних дождей, арыки наполнялись водой.

Но вот дожди прекратились, под горячим солнцем стали высыхать дороги и сады. Воздух наполнился ароматом молодой листвы. Мне не сиделось в душной канцелярии суда. Дорога опять манила меня.

За зиму я скопил достаточно денег, чтобы купить билет на поезд до того города, куда поеду, и просуществовать первое время, пока не устроюсь на службу. Но куда ехать?!

Отец, отправляя меня по немецкому обычаю, на все четыре стороны, хотел, чтобы я узнал жизнь и прокормил себя.

Мне казалось, жизнь я узнал, себя прокормил. Мог бы ехать домой, но я вспомнил свой разговор с отцом, его пренебрежительное отношение к моим писательским наклонностям, и возвращаться домой мне не захотелось.

Во мне опять вспыхнуло желание писать, заглушенное годами моего скитания. Я вспомнил подпись «Бодрствующий». Мне стало смешно. Нет, теперь я так бы не подписался и писал уже не фантастические рассказы, а о настоящей жизни, большой, многогранной, увиденной мною своими глазами.

Я уволился из суда и взял билет в Ташкент.