Читаем Книга Беглецов (СИ) полностью

— Спаси тя Вечный, внучок! Значит, слушайте. — Нищий помедлил. — Я видел Полковника дней пять тому. Иду я по улице Медных Роз, и на перекрёстке с Теплоцентральной вдруг смотрю — что за оказия? Ни мобилей, ни людей, и фонари как-то мигают нехорошо. И тут вижу, по улице во такой бугай идёт, и тень от него выше домов. Тут я смекнул — это ж Полковник! Я за ним бочком-бочком. Идёт он, сворачивает на Стекольщиков. Я в переулок следом, чтоб перехватить. Выхожу на улицу — что за жуть? Где проход был, теперь стена. И тут на меня тень упала. Оборачиваюсь — а он позади! Огромный, как шагоход, на поясе два… три пистолета, и сабля! И ухмыляется, зубищи в бороде — во! Тут меня слабость взяла. А этот монстр подступил, схватил меня… — Нищий набрал в грудь воздуха.

— И отгрыз мне ногу! — заорал он так, что мальчишки отскочили. — Ноженьку мою! И жрать стал! вся бородишша в кровишше!

Зеваки поодаль расхохотались. Видимо, фокусы старого пьяницы были им давно знакомы.

— Ты что несёшь? — Коул был готов к чему-то такому, и всё равно, вспыхнул от стыда и злости. — Ты ж говорил, что на войне потерял!

— А? О, ещё как! — бодро закивал калека без малейшей паузы. — Я ж рассказывал, али не слушали? Бой был, аж ночь горела! а потом в борт снаряд — и осколком, по самую задницу!..

Коул стиснул зубы и потащил Рина прочь.

— Пошли, — с досадой процедил он. — Он последние мозги в бухле потопил!..

Наконец рыночная суета осталась позади. Вокруг снова простирались тихие, малоосвещённые улицы. Вот мальчишки вышли на мост через узкий канал, зажатый меж рядами домов. Здесь Коул остановился у перил и достал из кармана «медиафолио».

— Ну, что там?

— Смотри. — Коул провёл пальцем по бумаге, и вновь картинка ожила. Рин следил за ней сперва с недоверием, но потом брови его удивлённо приподнялись, и он опёрся на перила рядом с другом.

Сюжет длился недолго — чуть больше минуты: но в него вместилось очень много странного.

…Улица незнакомого города. С первой секунды — мельтешение пёстрых красок, толпы людей: весёлые лица, невероятные и разнообразные костюмы, диковинные причёски. У одних по одеждам бегут живые изображения и надписи, у других глаза скрывают странные очки в виде литых стеклянных забрал или «монеток» на глазах, а над головами вспыхивают в воздухе призрачные картинки, буквы и знаки. Над толпой кружат, будто жуки, маленькие летучие механизмы. Дома невероятных форм, будто паруса, стебли цветов или спирали, и все сверкают сталью и стеклом. И выше всех зданий — тонкая башня-игла, белоснежный обелиск, по которому снизу вверх пробегают цепочки синих огней.

Потом вид вдруг прыгнул куда-то вниз, будто смотрящий взлетел в небо: город уменьшился, слился в сетку улиц-морщин на берегу моря. И лишь башня-игла сияла белой звездой. Вот уже отдалившаяся земля затянулась облаками, и уменьшилась до шара планеты в чёрной пустоте. И по всему шару сверкали белые звёздочки, опоясывая планету неровной, ломаной линией. Цепь башен по всей Земле…

Но вот картинка потускнела. Башни всё так же сияли, но всю остальную планету окутал сумрак. А потом изображения начали сменяться резкими вспышками — все в серых тонах.

…Пустыня, занесённые песком заброшенные строения и ржавые решетчатые вышки, будто с картинок про нефтедобычу. Запрещающий знак на ограждении из колючей проволоки продырявлен пулями, на столбе ограды сидит стервятник.

…Иссохшие от голода чернокожие дети протягивают пустые миски навстречу солдату в невероятных доспехах и с оружием на ремне. В глазах детей жалобная надежда, в глазах солдата — лишь тупое равнодушие.

…Завалившийся на бок ржавый корабль на мелководье, борта зияют ранами пробоин. Разрушенный порт, замершие подъёмные краны, будто скелеты динозавров.

…Город из серых домов-коробок, затянутый дымом и бурым туманом — в котором тонет кровавое закатное солнце.

…Летающий остров сотрясают взрывы, вспухают огненные вспышки, он накреняется и медленно падает, окутанный дымом.

…Толпа разьярённых, беззвучно орущих людей ломится через врата в бетонной стене. Цепь солдат оступает, ощетинившись стволами: но вот сверкают вспышки выстрелов, и белые росчерки прошивают толпу…

И — тьма. Но когда уже казалось, что всё кончилось, во тьме вспыхнула звёздочка, разгорелась янтарным светом и превратилась в камень, зажатый в руке. Камень Времени, хронолит.

Новая картинка. Город в окружении горных склонов, на берегу искрящегося под солнцем озера; кварталы раскинулись кругами и полукольцами меж садов и парков, игрушечные дома с черепичными крышами соседствуют с фантастическими зданиями-кристаллами. Вот мастерская или лаборатория, всё сверкает белизной, расхаживают учёные в голубой форме. Вот они собрались у двери, в круглом окошке которой сияет янтарный свет, и что-то записывают в блокнотах. Вот женщина в защитных очках берёт щипцами из ниши странной машины светящийся хронолит и ставит на подставку, к другим таким же. И, наконец, возникли несколько учёных, и один из них торжественно протягивал зрителю Камень Времени в ладонях.