Читаем Книга Беглецов (СИ) полностью

— Но я!.. это не моя!.. — Геруд сбился. Коул недоумённо переводил взгляд с хрониста на толстяка. Хорошего настроения как не бывало: что тут творится? — Я уверен, что смогу всё объяснить, — наконец, будто через силу, выговорил Геруд.

— Надеюсь, — кисло сказал Хилл. — Потому что я в этом не так уверен. И уж точно не сегодня. У меня дела, — он посмотрел на ручные Часы. — Думаю, мне больше нечего здесь делать.

— Как? Мы хотели предложить вам отужинать!..

— Думаю, это необязательно. Всего хорошего! — И Хилл направился к выходу. Закатное солнце сквозь окна отбрасывало длинную тень от его фигуры.

Геруд обернулся к рабочим.

— Всем разойтись, — тихо сказал он. — Пошли прочь, ну! — Коул собрался было ускользнуть вместе со всеми, но на его плечо легла тяжёлая рука.

— А вы, Тринад… Коулден, — проговорил Геруд с лёгкой улыбкой, — пройдёмте-ка в мой кабинет.

— Мастер управитель?..

— Я сказал, пройдёмте. — И от тона, каким это было сказано, Коул вздрогнул.

Рин проводил друга и управителя тревожным взглядом. Помедлил — а потом, будто решившись, бросился к выходу. За день он успел запомнить путь по коридорам.

— Стойте! — Он догнал инспектора на проходной. — Мастер Хилл! Подождите!..

— Что случилось, дружок? — обернулся хронист.

Вместе с Герудом Коул поднялся по скрипучей железной лестнице. У дверей кабинета мальчишка замешкался было, но управитель сам отворил перед ним дверь — перед ним, Коулом! — и жестом велел зайти. Пропустив уборщика, Геруд молча затворил за собой дверь…

И, резко развернувшись, с размаху ударил Коула по лицу.

В мыслях парень был готов к выговору, штрафу, даже и к трёпке — но не ждал, что толстяк будет столь проворен. И не успел вовремя отпрянуть. От пощёчины мир перед глазами взорвался, Коула отбросило к столу. Тут же волосатая лапища сгребла его за ворот и повалила спиной на столешницу, на разбросанные бумаги. Геруд навис над ним горой: усы вздыбились над оскаленными зубами, глаза налились бешенством.

— Ты что себе позволяешь, сучёныш? — прохрипел он. — Вот так позорить меня перед мастером инспектором? Ты кем себя возомнил?!?

— Я… не в-ви… — Коул хватанул губами воздух. — Не виноват…

— Что? ЧТО?!?

— Не виноват… что ваш "главный механик"… станков не знает… — выдавил мальчишка. Надувшееся багровой злостью лицо Геруда перекосилось. Управитель тряхнул Коула так, что тот приложился затылком о столешницу, и швырнул на пол. Только мальчишка поднялся на четвереньки, как страшный удар подкованного башмака в бок вышиб из него дыхание и заставил скорчиться на ковре.

— Ты посмел своевольничать перед инспектором, — прорычал Геруд, подступив вплотную. — Заставил его у-сом-нить-ся в том, что я умею распоряжаться кадрами! Ты нагло дис-керд… дис-крети… ОПОЗОРИЛ меня — и смеешь говорить, будто не виноват?!? Что, метишь на место главного механика?

— Ник-куда я не… аагх! — Новый удар сапога пришёлся Коулу в грудь и опрокинул на пол. Управитель перешагнул на него и схватил с доски на стене наградную трость. Тяжёлую, чёрного дерева, с бронзовым набалдашником в виде орлиной головы.

— Врё-ошь, — опасно-тихим голосом проговорил он. Коул приподнялся на локте и тщетно пытался вдохнуть — грудь сковало болью, на глазах выступили слёзы. — Я знаю, это всё проклятый заговор. Они давно под меня копают! Хотят отобрать у меня мой завод, мою жизнь!

В дверь постучали, потом ещё раз. Но распалённый Геруд не обратил внимания, а Коул просто не расслышал: голова шла кругом, а уши будто залило водой.

— Ну так нет же! — рявкнул Геруд. — Никто не смеет мне перечить! И, в особенности, такая мелкая гнусь, как ТЫ!.. — Он размахнулся и огрел Коула тростью по спине. Мальчишка дёрнулся, поднял руку в попытке защититься — следующий удар пришёлся по руке, и Коул закричал от боли. — Как ты! Как ты!!! — хрипел управитель, осыпая его ударами.

Дверь в кабинет затряслась от стука. Потом замок щёлкнул сам по себе, дверь распахнулась.

— Мастер Геруд! — Сквозь пелену в глазах Коул разглядел на пороге смутный силуэт. — Мне сообщили, что… Геруд!!!

Управитель вновь замахнулся — но удар повис в воздухе: инспектор Хилл метнулся вперёд и перехватил трость за древко. Геруд не успел опомниться, а хронист уже вырвал трость из его пальцев и отшвырнул в сторону. Ослеплённый яростью, толстяк с рёвом размахнулся и ударил кулаком…

То, что случилось дальше, заставило Коула подумать, будто он слишком сильно получил по голове. Хилл не отскочил, даже не отклонился, а словно бы РАЗМАЗАЛСЯ по воздуху и возник уже за спиной Геруда: тот по инерции пробежал несколько шагов и врезался в стену — грамоты в рамках попадали на пол, зазвенело стекло. С сопением и хрипом Геруд развернулся и кинулся на хрониста. Хилл ловко уклонился от удара, поднырнул под его руку… Толстяк с вытаращенными глазами красиво взмыл в воздух, перевернувшись так, что каблуки на миг уставились в потолок — и всей тушей грохнулся о пол с такой силищей, что тяжёлый стол подпрыгнул на месте.