Читаем Книга Беглецов (СИ) полностью

— Простите, ваша высокоточность? — оробел Рин.

— Не джуммы, а люди, — холодно пояснил незнакомец. — В подвалах пассажа десятки людей, это они крутят вороты, что приводят в действие лифты и эскалаторы.

— Что? — не сдержал изумления Коул.

— В основном, искупленцы, — не меняя тона, добавил седой. — Прекрасный способ извлечь пользу из нарушителей порядка. Воров. Бродяг. Бунтарей… — Он окинул ребят неприятным взглядом. То, что теперь на них были плащи, не имело значения — он сразу приметил отсутствие «брямок». — Или праздношатающийся сброд из предместий, забредший в приличное заведение не иначе как для того, чтобы что-то украсть!

Друзья попятились от неожиданно враждебного старикана. Коул мельком подумал, что они влипли, сейчас усатый свистнет охрану, и придётся бежать… Но богатей лишь одарил их ещё одним презрительным взглядом и отвернулся.

— Доброта господина Мулера к низшим слоям общества однажды выйдет городу боком, — промолвил он. — Я всегда выступал за усиление сегрегации. Можете записать это для моей речи, Даяна!

— Да, мастер Клавдикус, — смиренно кивнула девушка-учётчица, и они вдвоём прошли в двери выставки.

Зазвенел звонок, и дверцы лифта открылись. Мальчишки переглянулись.

— Мне что-то не хочется на лифте ехать, — выдавил Коул.

— Угу, мне тоже, — кивнул Рин.

Вдвоём они, молча и печально, спустились по лестнице. На одной из площадок Коул придержал Рина за руку.

— Погоди. Дело есть.

— Да?

— Вот что, — Коул выглядел смущённым. — Я тут подумал… Короче, такие деньжищи не по мне. Давай ты всё на хранение возьмёшь, да? А то, боюсь, отколю ещё чего-нибудь сгоряча…

— Ох. Ну конечно, о чём речь!

Горсть сияющих монет перекочевала из руки в руку, и растаяла в ладони Рина — лишь искрами сверкнули гвоздики-контакты на пальцах. Коул поглядел на свои часы, на которых осталось всего пять дней, и почему-то почувствовал себя спокойнее.

А выйдя из башни на ступени крыльца, они увидели ещё одно чудо техники, хоть не такое помпезное, как на выставке, зато забавное. У входа стоял ростовой деревянный манекен, изображавший жреца в рясе — с красным носом и хмельной улыбкой на небритом лице. В одной руке жрец держал кружку, другую протянул вперёд, будто прося подаяния. «Предсказание за 5 минут», гласила табличка на шее манекена; ниже мелким шрифтом было добавлено, что собранные средства идут на нужды Храма.

— Автомат с предсказаниями, — определил Коул. — Помнишь, как мы по «Словам» гадали?

— Ага, — Рин понял друга с полуслова. Мальчишки по очереди вложили в прорезь на кружке по пять монеток. Внутри автомата зажужжало, и из рукава рясы в деревянную ладонь выскользнул кусочек бумаги. Коул взял свой билетик со случайно выбранной цитатой-предсказанием.

«Надежда подобна ночному небу: нет такого уголка, где бы глаз, упорно ищущий, не открыл в конце концов какую-нибудь звезду», гласило предсказание. «Вечный, кн. 3, цт. 124».

Коул невольно поднял глаза вверх. Над центральной площадью пассажа на перекрёстке меж башен раскинулось ночное небо — бархатно-чёрное в ярком уличном освещении, и с него глядела луна. А рядом с луной поблескивала звёздочка — будто подмигивала ободряюще: эй, не дрейфь, всё будет хорошо — мне-то отсюда виднее!

И Коул невольно улыбнулся.

Рин тоже получил свой билетик. Прочитав предсказание, он почему-то покраснел и смял бумажку в кулаке.

— Что у тебя там?

— Да, так, ерунда, — стараясь выглядеть беспечно, отмахнулся Рин. — Пойдём уже? Вон там метро.

На ходу он незаметно бросил наземь билетик. Тот недолго пролежал на мостовой — чья-то нога задела его, откинула в сторону, ветерок от проехавшего велосипеда отбросил под ноги другим прохожим. И вот уже бумажку вынесло из-под сводов пассажа на улицу, под звёздное небо.

Подул ветер, подхватил бумажку с мостовой. Билетик шлёпнулся о фонарный столб, и на миг задержался, расправленный ветром — так, что кто-нибудь при желании успел бы поглядеть и прочесть:

«Скрывать что-либо от друзей опасно, но ещё опасней не скрывать от них ничего. Вечный, кн. 1, цт. 259».

А потом ветер сорвал бумажку со столба, закружил в ночном небе и унёс навстречу городским огням.

* * *

Седоусый мастер Клавдикус обошёл всю выставку. Посмотрел в мутоскопе комическую сценку, посидел за рулём мобиля, скептически выслушал лекцию о перспективах развития искровых ламп — но всем остался недоволен.

— Игрушки, — проворчал он под нос, покидая выставку. — Ничто не заслуживает внимания.

— Простите, мастер Клавдикус? — негромко переспросила Даяна.

— Они делают пустышку, чтобы покрасоваться изощрённой выдумкой. Механический полотёр? Что за глупость там, где дешевле нанять мальчишку со шваброй! А власти, провозглашая курс на экономию и разумное использование ресурсов, при этом потворствуют таким вот шутам, делающим безделушки для глупцов. И они ещё надеются привлечь инвесторов!

Клавдикус остановился у высокого окна, выходящего на запад. Внизу простиралось море городских огней, растворяясь в ночной тьме вдали, где на западе чернели горные вершины, сливаясь с небом.