Приближаясь к завершению сказки и повествуя о том, как Кераф приручил гигантского ящера и верхом на нем вернулся в столицу Д'ни, Анна чувствовала, как Атр впитывает каждое слово, напряженно следит за каждой фразой, каждым поворотом сюжета.

Мысленно Анна закрыла книгу и отложила ее в сторону, как делала некогда для другого мальчика, в другие времена и совсем в другом месте. Открыв глаза, она обнаружила, что Атр пристально уставился на нее.

– Бабушка, а в твоей книге много сказок?

– Тысячи! – усмехнулась она.

– И ты знаешь их все? Она покачала головой.

– Нет, Атр, это было бы невозможно. Некогда Д'ни считалась великой империей, ее библиотеки размерами превосходили небольшие города. Если бы я попыталась запомнить все легенды Д'ни, мне понадобилось бы несколько жизней, но даже в этом случае я знала бы только малую толику.

– Значит, все это было на самом деле? – спросил Атр, позевывая.

– Ты веришь сказкам? Он помолчал и ответил со вздохом:

– Кажется, да.

Но Анна ощутила, что внук чем-то недоволен. Поднявшись, она укрыла его одеялом до подбородка и, наклонившись, поцеловала в лоб.

– Оставить Искру с тобой?

– Ага… – сонно пробормотал Атр.

Улыбаясь, Анна задула огонь в лампе и вышла из комнаты.

В ее мастерской на дальнем краю расщелины свет еще горел. Незаконченная статуэтка лежала на столе, рядом с ней стояла открытая шкатулка с тонкими резцами для работы по камню – каждый в своем ложе. Минуту Анна стояла у стола, размышляя, что предстоит сделать, а затем достала с полки, на которой держала книги, маленький, отделанный перламутром футляр.

Открыв крышку, она пристально взглянула на собственное отражение, убирая со лба прядь седых волос.

Что же ты видишь, Анна?

Лицо, взглянувшее на нее из зеркала, было сильным и решительным, не исхудалым, а скорее утонченным. Когда-то ее считали красавицей, но теперь время стало ее беспощадным противником.

Эта мысль вызвала у Анны улыбку. Она никогда не была тщеславной, но постоянно задумывалась о том, насколько ее настоящее «я» отражается на лице, о чем говорят разрез глаз и рисунок губ, что скрывают за собой тонкие черты. Взять, к примеру, Атра: когда он улыбается, то оживают не только его губы, но и все лицо, все существо – это была сияющая, широкая, заразительная улыбка. А когда он задумывается, на его лице, словно в зеркале, отражается сосредоточенная работа.

А ее собственное лицо?

Анна склонила голову набок, изучая свое отражение, на этот раз отмечая мелкие синие бусы, вплетенные в волосы, и пестрое тонкое ожерелье вокруг шеи.

Даже в самых мелких, почти незаметных штришках – бусах, ожерелье – проявлялась ее истинная натура, по крайней мере, та ее часть, что стремилась украшать все окружающее. В этом Анна не изменилась с самого детства. Если у нее появлялся лист бумаги, она заполняла его стихотворением, сказкой или рисунком. Если ей попадалась гладкая стена – она не упускала случая испещрить ее резьбой.

«А когда у меня появился ребенок…»

Она захлопнула футляр и сунула его на полку.

А когда у нее появился ребенок, она постаралась наполнить его голову сказками, мыслями и знаниями.

Что же ты видишь, Анна?

Зевая, она задула лампу и ответила на свой же безмолвный вопрос:

– Я вижу усталую старуху, которой пора спать.

Спустившись по ступеням вдоль стены, она быстро перешла через расщелину, направляясь в спальню.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Сначала потемнело на востоке, с той стороны, откуда вряд ли можно было ждать песчаной бури. Атр обследовал обращенный к солнцу склон вулкана, разыскивая редкие камни и кристаллы, чтобы пополнить свою коллекцию, и, случайно подняв голову, увидел крошечное темное пятнышко в небесной голубизне. Минуту он стоял, размышляя, что бы это могло быть, наклонял голову то в одну, то в другую сторону, думая, что запачкались линзы, но пятно не исчезало.

Спустя некоторое время он снова взглянул вдаль и обнаружил, что пятно на месте – более того, оно росло и с каждой минутой казалось все более темным.

Атр ощутил смутную тревогу.

Спустившись по склону, десятилетний мальчик поспешно пересек открытую песчаную площадку и добрался до расщелины, задыхаясь от жары. Остановившись только затем, чтобы сбросить сандалии у кромки расщелины, он полез вниз по веревочной лестнице.

Шум его поспешных шагов привлек внимание Анны, и через минуту двери ее мастерской с треском распахнулись. Анна вскинула голову, вопросительно нахмурив брови.

– В чем дело, Атр?

– Что-то приближается сюда!

– Ты имеешь в виду людей? Он покачал головой.

– Нет, что-то непонятное высоко в небе. Выглядит словно черное пятно.

– Песчаная буря?

– Нет… постепенно чернеет все небо. Ее смех был неожиданным для Атра.

– А, вот оно что! – проговорила она так, словно ожидала этого известия. – Надо как следует подготовиться.

Атр недоуменно уставился на бабушку.

– Подготовиться?

– Да, – весело сказала она. – И если я не ошиблась, надо как можно лучше воспользоваться тем, что вскорости произойдет. Такое редко случается.

Атр покачал только головой, слушая эти загадочные слова.