Читаем Клыкастая Девушка полностью

Было бесполезно, отлеплять мой язык с неба. Я перевела взгляд на ковер. Мои ладони были слишком большими, и висели на концах моих рук, как мертвая рыба. Мы были одни. Он был парнем-вампиром. Я была девочкой. По моим романам, сейчас мы бы смотрели одухотворенно друг другу в глаза и открыли друг для друга подавляющую жизненную связь, возможно, в сопровождении целомудренного горячего секса.

Я рискнула взглянуть в глаза эбена, и я обнаружила, как он задушевно глядит на мой подавляющий позор. Ох, замечательно.

— Ну…так… — я попробовала снова.

— Так, прошептал он. — Мы одни. — Он слегка склонил голову в одну сторону, демонстрируя длинную мужскую линию шеи, и его голос стал глубоким, интимным шёпотом. — Моя дорогая, есть… что-то в тебе. Что-то, отличающее тебя от всех, кого я когда-либо встречал. Это… странно. Как будто между нами какая-то глубокая связь, даже несмотря на то, что мы принадлежим к разным Кровным линиям. Ты тоже это ощущаешь?

Если мистическая связь, о которой он говорит, не была по ощущениям в точности похожа на полное, абсолютное смущение, что аж желудок сжимается, то нет. — Э, давай поговорим об, э, охотниках на вампиров! — Пропищала я, отступая и быстро отходя к стене. — Они всё ещё прячутся где-то рядом, правда?

— Они не будут атаковать, пока я здесь, — сказал Эбен с полной уверенностью. — Есть причины, по которым моё имя вызывает в них страх. — Тень мелькнула на его лице, как будто он вспомнил тёмные и ужасные деяния. — Я не всегда мог себя контролировать, как сейчас. — Он отвернулся, угрюмо смотря в окно на палисадник. — Зверь, с которым я должен всё время бороться, жажда крови… — Он затих, погрузившись в, наполненное тоской, созерцание своей внутренней боли или, возможно, рододендронов.

— Понятноооо. — Я тайком обошла журнальный столик и стала за ним, чтобы он был преградой между мной и признавшимся шизоидным психом. — Что с Лилит, тогда?

Эбен вынырнул из тех глубин, в которые он был погружён. — Разумеется, она угроза пострашней. Многие из Кровной линии Хэйкона пытаются сделать всё возможное, чтобы она не добралась до тебя, но она ловкая, как змея. В конечном счёте, она обойдёт их и вернётся, чтобы заявить свои права на тебя. Если только… — Без предупреждения, Эбон преодолел расстояние между нами двумя большими шагами, и неожиданно оказался так близко, что я могла бы ощущать тепло его тела, если таковое было. — Моя дорогая, храбрая ли ты?

— Нет! — Мои лопатки практически впились в стену, когда я попыталась избежать контакта с его грудью. Если бы он предложил своего рода психическую связь, то стена не смогла бы меня остановить. — И ради всего святого, отодвинься от моего лица! Ты когда-нибудь слышал о личном пространстве?

Эбен сделал резкий шаг назад, стукнулся лодыжкой о журнальный столик и упал. Стопки книг каскадом упали на него.

— Ай! — я упала на колени, собирая разлетевшиеся книги. Я вернула на место три из них, прежде чем поняла, что должна, возможно, больше беспокоиться о растянувшемся на полу телохранителе-вампире. — Эм, ты в порядке?

— В порядке! — Красный, как кирпич, и уже не такой байроничный, он встал и начал помогать мне восстанавливать порядок на столе. — Мои извинения, — пробубнил он, выглядя совершенно подавленным. — Мои намерения — это, я не…

— Мм, Эбен? я остановилась, так как отвлеклась на то, как он передвинул две книги, которые я только что положила. — Что ты делаешь?

Он посмотрел на стопки на столе, как будто только сейчас заметил, как он их отсортировал. — Ой. Я уверен, ты уже поняла, одной из черт нашей Кровной линии может быть — э, одержимость в отношении того, чтобы предметы были разложены именно так, как нам нравится.

— Да, но посмотри, я уже сделала стопку из маленьких книг в кожаном переплёте. — Я показала на мою стопку. — Видишь?

Он кашлянул, это прозвучало смущённо. — Маленькие книги в кожаном переплёте с нечётными числами в названиях. — Виновато он указал на стопку, которую начал формировать. — Маленькие книги в кожаном переплёте с чётными числами в названиях.

Я уставилась на него. — Ты должно быть шутишь.

— Я старше тебя. Боюсь, эта тенденция усиливается с годами. — Он положил последнюю книгу на стол и сел на корточки, сцепив руки вместе. — Многие из Старейшин обладают таким изысканно утончённым вкусом, что они не могут войти в дома других людей. И это не потому, что они не могут войти без приглашения, просто, если они войдут, то их охватит желание привести всё в порядок.

— Хм. — Я прислонилась к дивану. Эбен был как-то менее пугающий, теперь когда я увидела его распластавшегося на спине под грудой романов о вампирах. — Так что ты говорил о храбрости?

— Мм… — Эбен выглядел так, будто он снова пытается найти своё место в сценарии. — О да. — Он прочистил горло. — Это опасно, но есть способ, с помощью которого мы можем выследить Лилит, если ты желаешь изучить силу Кровной линии. Ты — и только ты — имеешь прямую связь с ней.

Я поморщила нос. — Да, знаю, она может шпионить за мной. — Интересно, что Лилит сделает, если она подслушивает сейчас. — Как это поможет?