Читаем Клуб желаний полностью

— Да ведь они сто лет дружили. — В комнату вернулась Гейл с другим подносом, на этот раз с пирожными и шоколадными конфетами. — Их же было водой не разлить еще до того, как объявился тот, второй. — Она опустила поднос на стол и присела на диван рядом с Клаудией.

— Хочется надеяться, что у меня подобных друзей нет. — Джил откусила кусочек брокколи.

— Она не бросила Джозефа, потому что Джозеф для нее — точно дом родной. — Клаудия ткнула пальцем в переносицу, поправляя очки. — Она вернулась к себе, а он — дома, и она здесь — дома. Вот она и решила остаться… там, где ей хорошо. Ну, как дома. И осталась с ним.

— От кого еще можно ждать столь глубокого проникновения в суть вещей? Только от нашей училки английского!

Едкая реплика Линдси вызвала общий смех.

Клаудия скорчила ей гримасу: большое спасибо!

— В гостях хорошо, а дома лучше, — хихикнула Мара.

— Туда и отправляйся! И собачонку свою прихвати, — добавила Линдси голосом злой колдуньи.

А у Клаудии мелькнуло в голове, что Линдси как раз похожа не на злую колдунью, а на добрую фею Розовой страны. Такая же круглолицая, с идеально завитыми светлыми локонами до плеч. И то же пристрастие к розовому цвету. Совсем нетрудно представить Линдси в пышном платье и в золотой короне.

— А я-то надеялась, что мы не начнем с ходу цитировать колдуний. — Гейл закатила глаза и шваркнула свой «Дом» на кофейный столик.

— У меня есть несколько книжек про колдовство. — Мара живо переводила взгляд с одного лица на другое, высматривая реакцию на свои слова. — Начала читать, после того как… ну сами знаете. Может, я и зря это говорю, но мне кажется… Нет, правда, что-то в этом есть!.. В том, что мы сделали в прошлый раз.

Линдси захлопала в ладоши:

— Ага! Видите, видите! Говорю вам, это неспроста!

— Пожалуй, я чего-нибудь выпью. — Гейл направилась к бару.

— Да брось, Гейл! — Линдси пристроилась на самом краешке кресла, однако ее осанке позавидовала бы и королева. — Сама понимаешь — без разговора не обойтись. Таить все в себе вредно для здоровья.

Клаудия видела, что Гейл еле удержалась от колкости. Наверняка у нее был готов ответ — что-нибудь насчет вреда излишней заботы о здоровье.

— А по-моему, вообще не стоит придавать значения тому, что произошло в прошлый раз. — Гейл помолчала. Тишину нарушало лишь бульканье льющегося в бокал вина. — Мы тогда перебрали с выпивкой и чересчур увлеклись историями о привидениях, колдовстве и прочей ерунде.

— Именно, — поддержала ее Джил. — Ну, дождь кончился, свечка погасла. Что с того? Мы-то тут при чем? Простое совпадение. А все эти заклинания — чушь собачья. Нет, правда.

Гейл на обратном пути удовлетворенно кивнула и прищелкнула пальцами. «Точно!» — читалось на ее лице.

— А вдруг это и впрямь наших рук дело? — вскинулась Мара. — Жалко будет, если мы так и не узнаем, сработало то заклятье или заговор или как там его еще?

Временами Мара походила на неугомонного терьера — что одновременно и раздражало, и умиляло. Ухватив какой-нибудь сюжетный ход в книге или черту характера героя, она была способна замордовать всех до смерти. Как, например, в прошлый раз, когда с пеной у рта доказывала, что Игнатиус Рейли из «Сговора остолопов» Джона Кеннеди Тула вовсе не полоумный. В такие минуты Клаудия без труда могла вообразить Мару с книжкой в зубах, как она таскает ее и треплет. К тому же в черных кудряшках Мары начала пробиваться седина — точь-в-точь как у терьера.

— Разве вам не интересно выяснить? — настаивала Мара. — Неужели просто взять все и бросить? Забыть, будто ничего и не было? Только подумайте — а вдруг это правда?! Нет, мы должны разобраться. Хотя бы попробовать. Чтобы убедиться. Вот было бы здорово, если б мы и впрямь могли что-то менять. И речь вовсе не о том, чтоб разгонять облака для соревнований по сквошу, как у Каролин Смит в «Кухонных ведьмах», а о том, чтобы помогать друг другу. В книжках по черной магии, что я читала, пишут о том, как управлять своей жизнью и судьбой. И не столько при помощи какого-нибудь там глаза тритона или болиголова, сколько собственной энергией. Надо только овладеть ею и использовать в добрых целях.

Хм-м. Колдовство. Управление собственной судьбой. Клаудии все это начинало нравиться. Быть может, ее идея привести Мару в Клуб не так плоха. Или даже более — превосходна.

— И я что-то подобное читала, — вступила Клаудия, снова поправляя очки. — Литература «Нью-эйдж»[1] часто касается этой темы. Женщины испокон веков собирались для врачевания, вместе молились об удаче, отмечали победы и праздники. Потом власть забрали мужики, женские сборища были запрещены, а тех женщин, которые не подчинились, клеймили как ведьм. И все потому, что мужчин пугала сила, которую обретали женщины, собираясь вместе. — Клаудия, радуясь, что вновь обрела дар речи, торопливо продолжала: — Потому и число тринадцать считается несчастливым: это количество лунных месяцев и наших месячных в году. Все взаимосвязано.