Читаем Клинок ведьм полностью

Пальцы Ренвика скользнули по ее обнаженному бедру и проникли под ночную рубашку. Он зашипел, когда они прошлись по голой спине Руа. Ее пальцы опустились ниже и принялись расстегивать его ремень. Она больше не хотела ни о чем думать.

– Я хочу тебя, – прорычала она ему в рот, обхватила его гладкий, твердый член и приставила его к своим бедрам. – А ты? Ты меня хочешь?

– Да, – прохрипел Ренвик.

– Тогда возьми меня, – потребовала она, притягивая его губы к своим и направляя его член к своему входу. Это прозвучало как приказ, Ренвик отпустил себя и вошел в нее одним сильным толчком.

Руа попыталась сдержать крик боли, но не смогла, когда почувствовала, как внутри все пульсирует от его размера. Ренвик, услышав это, замер и разорвал поцелуй. Его зрачки сузились, и Руа снова смотрела в его изумрудно-зеленые глаза – словно ее крик вернул Ренвика обратно в тело. На его лице появилось выражение ужаса, когда до него наконец дошло.

– Ты в порядке? Боги, пожалуйста, пожалуйста, скажи мне, что это не твой первый раз.

Руа попыталась сохранить лицо – пусть Ренвик все еще был в ней, неподвижный.

– Может, и так.

– Проклятье, Руа! Почему ты мне не сказала? – закричал Ренвик, его взгляд метался по ее лицу. – Тебе больно?

– Я в порядке, – соврала Руа. Боль между ног усиливалась, и она порывисто вздохнула.

– Руа.

– Не останавливайся. – Она пыталась двигаться на нем, хотя внутренности жгло огнем. Ей было все равно, что завтра она не сможет ходить – это было не так страшно и больно, как видеть повсюду своего мертвого брата. Ей было плевать, что это ее уничтожит – пусть, она и так была разбита и искалечена, и ей хотелось это прочувствовать.

– Руа, – прошептал Ренвик, успокаивая ее, когда до них донесся запах: кровь. Ноздри Ренвика затрепетали, он вышел и посмотрел вниз – на явное свидетельство того, что они наделали.

– Гребаные боги, – задыхаясь, проговорил Ренвик и застегнул штаны.

– Со мной все хорошо, – проговорила Руа сквозь зубы. На лице Ренвика отразилось страдание. – Все говорят, что в первый раз это больно…

– Но больно быть не должно! – закричал он.

Руа оттолкнулась от дерева и уперла кулаки в бока, призывая всю свою сдержанность, чтобы не ударить Ренвика.

– Ой, не делай из мухи слона.

Но Ренвик оскалился и снова заорал:

– Нет, это действительно важно!

– Ничего подобного! – закричала Руа в ответ. Ей было все равно, если они перебудят весь лагерь. – Я этого хотела, ты этого хотел. Все, вопрос закрыт. – С этими словами она повернулась и пошла обратно через лес.

– Руа, пожалуйста, постой! – Ренвик попытался схватить ее за руку, но она вырвалась и прорычала:

– Не смей идти за мной.

И он не пошел.

* * *

Слезы полились из глаз, как только она зашла в свою палатку – как и всегда, Руа дождалась, пока останется одна, чтобы никто не видел ее слабой. Она рухнула в изножье кровати, села на холодный ковер и опустила голову на руки.

Она рыдала, проклиная себя за то, что натворила. Руа не была уверена, была ли причиной ненависть или похоть, отчаяние или усталость. Что-то в ней просто хотело Ренвика. Она думала, что секс поможет избавиться от ужасных видений в голове. Это было глупо, так глупо!

Каждый ее выбор, каждый шаг оказывался еще более кошмарным, чем предыдущий. Она больше никогда не сможет посмотреть Ренвику в глаза. Может, это было даже к лучшему. Боги, как же ей было стыдно. Между ног болело, а соленые слезы щипали потрескавшиеся губы. Она все сделала неправильно. Тут не было ничего нежного или приятного. Она сама потребовала этого от Ренвика, а в результате только навредила себе. При мысли об ужасе на его лице слезы брызнули у Руа из глаз.

Вдруг она услышала, как кто-то отодвинул створки у входа в палатку. Руа подняла глаза и увидела Бри. Стражница не стала ее разглядывать, а просто подошла и села рядом. Руа вновь спрятала лицо и зарыдала.

Бри долго ничего не говорила, а только сидела и прислушивалась к ее всхлипам. Но Руа была рада, что не одна. Она никогда не плакала при посторонних – только однажды, когда ей собирались отрубить голову. Красные ведьмы не позволяли ей плакать: это было признаком слабохарактерности, недостатка решимости и того, что она не может сосредоточиться на более приятных эмоциях. Поэтому Руа пряталась в своей комнате, когда не могла остановить слезы. То, что Бри была с ней сейчас, и слезы Руа ее вовсе не волновали, было даже приятно.

Наконец они иссякли. Бри покопалась в кармане и протянула Руа стеклянный пузырек. Вытащив пробку, та почувствовала запах арники, ромашки и ведьминого корня. Это лекарство должно было помочь ей восстановиться. И в отличие от ядовитой смеси, что использовал Ренвик, оно было более мягким.

Закусив губу, Руа задумалась, а не последовала ли Бри за ней, когда она отправилась в лес? Но ей было все равно. По какой-то причине Руа не было стыдно перед Орлицей.

– Мой первый раз превратился в катастрофу. – Она шмыгнула носом и выпила горькое лекарство.

Бри усмехнулась, и Руа хмуро поглядела на стражницу.