Читаем Клинки севера полностью

А солёным прутом по попе не хочется, юная сударыня?! Так, для профилактики растущего самомнения. Хотя, надо отметить, облегающее свинцового цвета платье подчёркивало эту попу весьма выгодно. Общее впечатление гордости и грации портил бинт с проступившими желтоватыми пятнами на левой руке: то ли девушка умудрилась пораниться своим арбалетом, то ли практиковалась строгать репу, пока Дан гостил в «муравейнике».

— Как ты себя сегодня чувствуешь? — Ирэн небрежно откинула за спину огненный локон. Тоже эффектно, спору нет.

— Замечательно. Благодаря вам, сури.

Сури смерила его оценивающим взглядом и удовлетворённо кивнула:

— Я рада скорому выздоровлению. И, признаться, удивлена.

— У вас первоклассные лекари.

— Да, это правда, — Ирэн вернула лучезарную улыбку. — Что ж, тогда, быть может, ты захочешь прогуляться?

— Я был бы рад составить вам компанию, сури, — словно невзначай, Дан покосился на расшитую серебром домашнюю туфлю.

— Там тебе сапоги не понадобятся.

* * *

Коридор без окон был пуст, пылен, а тусклые магические светильники лишь усугубляли ощущение мрачноватой торжественности. Толстые стены глушили звуки сада, шагам вторило эхо, и казалось, ведёт он в тайную комнату, где заперто то ли неведомое чудище, то ли старинные фолианты. Чудаковатая сури могла прятать в летнем домике уединения кого угодно, но за ореховой, совсем безобидной на вид дверью скрывался обычный кабинет с высоким, почти под потолок, книжным шкафом, прибранным письменным столом и зарешёченным окном в обрамление тяжёлых, не пропускающих свет и любопытные взгляды занавесок. Хотя пресс-папье в виде черепа с намалёванной на лбу мишенью смотрелось в девичьей комнате диковато. Но эффектно!

Оглядеться как следует Дан не успел. Прижав палец к губам, Ирэн выдвинула по очереди несколько книг, и шкаф плавно отъехал в сторону.

— Прошу! — девушка, коснувшись пальцами подсвечника, но не взяв его, первой шагнула в чёрный провал.

До чего занимательно гадать, стоя перед тайным ходом, куда он может вести: вверх, вниз ли, а может, дверь — просто обманка, и в темноте тебя ждёт тупик. Или сюрприз.

— Спускайся осторожно, девятая ступенька совсем истёрлась. Держись за стену! — голос Ирэн прозвучал совсем близко.

«Интересно!» — приободрившись, Дан нащупал опору.

Крутая лестница, вырубленная прямо в скале, привела их в грот. Мелькнула мысль о колдовских ритуалах и жертвенниках, но лишь на мгновенье. Дан полностью сосредоточился на роскошных волосах девушки, идущей впереди. Волосы понравились сразу, ещё до того, как он сумел разглядеть породистое лицо. Необыкновенно яркий, насыщенный цвет оценила человеческая доля сущности, ухоженность отметила эльфийская, а дремавший глубоко внутри волк учуял запах. Темнота и тишина абсолютными не были: слышался отдалённый плеск, а стены мерцали, но так слабо, что даже зрение полукровки различало лишь неясные очертания предметов. Сури бывала здесь явно не раз и изучила ход до последней ступеньки, запомнив их ширину и крутизну лестницы.

— Я зову этот грот «Хрустальное Эхо». Слышишь?!

— Тише… — укорило эхо.

Девушка несколько раз щёлкнула пальцами, подавая кому-то сигнал. Или чему-то…

— Бесподобно!

— Удобно? — участливо поинтересовалось эхо.

Аэшур не сумел сдержать восхищённого возгласа, когда магические светильники зажглись, неровным лазурным прямоугольником очерчивая бассейн. Дно и бортики были отделаны шлифованным серым камнем, ёмкость наполнялась из пасти каменного же льва с роскошной, заплетённой в косы гривой, вольготно развалившегося на полу и свесившего в бассейн лапу с поджатыми когтями. Он сыт, доволен, а пришёл, чтобы составить купальщику компанию. Устанете — можете прилечь напротив, на огненную тигриную шкуру. Не сомневайтесь, вам понравится.

При мимолётном взгляде на накрытый столик, Дан припомнил репу, и в желудке требовательно заурчало.

Смех Ирэн рассыпался по гроту никогда не унывающими серебряными бубенцами, какими Адэланта любила украшать свой дом. В бэйране на юге Ильмаррана снег выпадал раз в несколько лет, и накануне Нового Года они вырезали снежинки из белой прозрачной бумаги, раскладывали хлопья ваты на растущей во дворе яблоне, дряхлой, но щедрой. И вешали на крыльце колокольчики, чтобы в праздничную, волшебную ночь на них играл ветер.

— Удобно, сури. Благодарю вас, — проговорил Дан, вырвавшись из омута воспоминаний.

— Кроме меня, здесь никого не бывает, так что тебе не помешают насладиться покоем и по достоинству оценить труды природы и покойных мастеров-каменщиков. Отдыхай, — Ирэн кивнула на столик и выпустила его руку. Медленно, неохотно.