Читаем Клинки севера полностью

— Лита… Сейчас ты догонишь напарника и сделаешь так, чтобы ни он, ни старший нам не помешали. Хорошо? А потом убежишь отсюда на берег Орлики. Я найду тебя там до рассвета.

Девушка просияла, будто сам Кэссарь предложил ей руку и сердце с половиной царства в придачу. Она послушно вытащила из кобуры огнестрел и пошла следом за напарником, быть может, другом или приятелем. А то и больше.

— Теперь понимаю, за что мужики вас не любят! — восхитился Лис.

— Нечему завидовать, — отрезал Вилль. Внутри его что-то сжалось до болезненного хруста. И сломалось навсегда.

Приворот — отвратительная и бесчестная штука, хотя большинство эльфов не считают зазорным использовать его, если хорошенькая человечка несговорчива или верна мужу. Не удивительно, что во время Алой Волны люди жестоко с ними поквитались. Сам Вилль раньше чаровал разве что в шутку да по мелочам. Но сейчас альтернативы просто не было. Начальник смены — маг, снявший иллюзию камня. Обмануть Одарённого не так просто, как охранников, которым стероиды спрямили последние извилины, тем более, загипнотизировать, и пришлось бы расписываться в журнале регистрации и отвечать на вопросы, рискуя вызвать подозрение.

Но удара от подчинённых маг не ждёт.

— Идём, — нетерпеливо позвал алхимик.

«Уходи!» — теперь это был не шёпот даже, а обречённый стон.

— Пойдём, Лис.

И прости, Альтея.

Чуткое ухо уловило сдавленный хрип. Отсчёт пошёл. Вилль надеялся, что охранница бегает так же хорошо, как привораживается. Ей он смерти не желал.

После освещённого вестибюля левый коридор, ведущий к порталам, казался тёмным, даже мрачноватым. Светляки, ввинченные в потолок, горели через два — соблюдали строжайшую экономию магии. На нулевом этаже располагалась складские помещения и пункт охраны, но Одарённые здесь не задерживались, поэтому не особо обращали внимание на комфорт сторожей. В итоге в подсобке с униформой завелись баги, и сколько их не травили, нечисть плодилась как на дрожжах, хотя на нижние ярусы не совалась. Это устраивало всех, кроме охраны.

— Цирк!

Лис вытаращился на фиолетовое существо в пол-локтя росточком, которое, пыхтя, выкручивало потушенный светляк. Вцепившись в него мохнатыми ручками, оно перебирало по потолку ногами на манер циркуля.

Вилль не стал дожидаться, пока баг шлёпнется вместе со светляком, и подтолкнул Лиса к тёмно-зелёным раздвижным дверям портала.

— Лифт, — пояснил он уже внутри и решительно ткнул в кнопку с цифрой пять.

Вспышка ослепила ядовитой зеленью даже сквозь плотно сомкнутые веки. На краткий миг перехода Вилль перестал существовать, растворившись в пространстве. Ощущение, так похожее на смерть…

— Отдел прикладной биологии! — доброжелательно оповестил безликий голос.

— Вот сейчас мы их и приложим… — ехидно пообещал Лис, смотав уже ненужные путы и убирая верёвку в мешок.

В пустом коридоре был почти не слышен тихий шелест сапог осторожного кицунэ. Аватар двигался абсолютно бесшумно, прислушиваясь к голосам, едва различимым из-за неплотно прикрытой металлической двери. Тревоги в интонации нет, значит, о визитёрах не доложили. Охранница свою работу выполнила. Отлично. Вилль нехотя оставил в покое узелок, который теребил в кармане безрукавки. Вот чего ему не хватало на чужбине — весточки из родных краёв. И Алесса поняла это раньше, чем он сам.

В кабинете замначальника отдела шла своим чередом корпоративная вечеринка, причём, никого не смущало ни отсутствие самого зама, ни даже его секретарши. «Демон» был своим в коллективе, и стучать не стал.

— Арвиэль?! — изумился хирург, имени которого аватар не вспомнил. Да и не хотел вспоминать.

Восемь человек приклеились взглядами к вошедшим. А Вилль посмотрел в угол на чучело полярного волка с янтарными пуговицами вместо глаз. На заспиртованные в банках эмбрионы уродцев, выставленные в серванте, словно изысканный хрусталь; на мышь, крутившую колесо в тщетной попытке сбежать. На письменный стол, где по соседству с анатомическим атласом стояли блюдо с шашлыком и початая бутыль кодьяра.

Скинул мешок и захлопнул дверь.

Нет имён, нет лиц, нет людей. Вокруг — маски. Они сами себя погребли под землю, устроив здесь змеиное гнездилище, но под землёй живым места нет. Исправить недолго…

* * *

На зачистку помещения ушло от силы полминуты. Люди даже не успели поднять тревогу. И звукоизоляция была на руку.

Вилль отёр лезвия салфеткой; тускло сверкнула вышитая золотом звезда, сейчас обагрённая кровью, да мелькнули руны чужого языка: «Alea jacta est».[14] В своё время шэдхе не заинтересовало это выражение, и аватар так и не узнал перевода, зато Володя сказал другое: «Homo homini lupus est».[15] Человек человеку — волк, говорят в его мире. Для убитых фраза стала определением. Они и не пытались друг другу помочь, а вирусолог, прорываясь к двери, толкнул на сабли младшего коллегу.

Но если бы утверждение услышала волчица Тиэлле, она возмутилась бы сравнению с людьми. Да, волчья милость обойдёт заплутавшего в лесу человека, но и от трусливого коварства, свойственного двуногим, Альтея серых хищников избавила.

— Лис?