Читаем Клинки Керитона полностью

— Думаю, да.

Ехали они достаточно бойко, гнедая кобылка шустро перебирала ногами, и вскоре, почти на въезде в деревню, они нагнали небольшой караван, состоявший из шести тентованных телег и четырёх верховых охранников. Когда телеги поравнялись, Хабуа приветственно щёлкнул пальцем по краю шляпы и радостно воскликнул, обращаясь к богато одетому толстяку:

— Здоровья и блага, уважаемый Балыз!

— Здоровья и блага, — накатано отозвался толстяк, и лицо его при этом расплылось в добродушной улыбке. Несмотря на тучность, он привстал, натужно крякнув, и помахал им пухлой ладошкой.

— Заворачивайте в «Лиса», уважаемый Балыз, — раздавим за встречу по «мерзавчику»! — вводя гнедую в поворот, крикнул старик.

— Пренепременно, уважаемый Хабуа, раздавим. Как без этого, — толстяк тронул возницу за плечо и, указывая направление, ткнул пальцем вслед удаляющейся повозке: — За ними давай.

Караван выворачивал к «Лису»…

* * *

Среди прочих сновавших возле трактира людей цепкий взгляд Тэйда выделил молодого, круглолицего онталара с простым тисовым посохом у колена и трубкой-калабашкой в зубах. На Саиме (а именно так онталара и звали) был простой серый балахон, который, пожалуй, знавал и лучшие времена, а то и вовсе иного хозяина. Тэйд соскочил с повозки, и, сладостно потянувшись, кивком головы указал на молодого онталара.

— Вот он, красавчик! Хорошо хоть бороду сбрил, бродяга!

— Так это и есть твой друг? Я мог бы и догадаться, — крякнул старик, неспешно спускаясь наземь.

— Здоровья и блага, уважаемый Хабуа, — приветствовал его Саима. — Как там Узун, стоит ещё? Рад тебя видеть, Тэйд!

— Стоит Узун, стоит, что ему сделается? — Хабуа похлопал Тэйда по плечу и, как показалось юноше, пронаблюдал за его реакцией.

«Неужели подметил, старый пройдоха, как меня на кочке тряхнуло?» — подумал Тэйд. Он схватил суму и направился навстречу другу.

— Ну не буду вам мешать, ребятки, — бросил ему в спину Хабуа. — Пойду перекушу. Вечером жду вас в «Лисе», — он ткнул в сторону трактира трубкой. — Поговорим, эля выпьем.

Саима кивнул и ответил за двоих:

— Обязательно будем, — подойдя к Тэйду, молодой онталар осторожно обнял его за плечи. — Ну, ты как? Держишься?

— Куда я денусь, — с обречённостью, давно ставшей привычкой, ответил Тэйд, улыбаясь.

— Болит?

— Немного. Ты-то как?

— Хорошо. А у нас с тобой, между прочим, есть одно дело.

— Да ну?! — Странно, но новость эта, признаться, несказанно взбодрила Тэйда.

— Пойдём, расскажу, — Саима интригующе поиграл бровями, из складок его капюшона выглянула забавная мордочка зверька пееро.

— Ой, — Тэйд встретился с любознательным зверьком взглядом.

— Знакомься, это Вир.

Пееро наклонил голову и подвигал носом, принюхиваясь.

— Вир, это Тэйд, — Саима поднёс ладонь левой руки к лицу и через прореху (у него не было среднего пальца) взглянул на друга.

«Ах ты ж, беда какая, — внутренне содрогнулся Тэйд, представив себе процедуру «слияния» будущего мастера магии со своим пееро. — Больно поди Саимке было. Хотя почему беда? Обычное, для мага, дело… для ученика мага».

Вир с любопытством оглядел Тэйда чёрными, точно угольки, глазками. Его серая с серебристым отливом гладкая шёрстка, украшенная тёмно-коричневыми полосами, переливалась и играла в ярком свете Лайса.

Любопытный зверёк перескочил на плечо Тэйда и принялся его обнюхивать.

— И давно вы…

— Два месяца как, — не дожидаясь конца вопроса, оборвал друга Саима.

— Что ж, поздравляю! А кольцо когда получишь?

— О! — отмахнулся Саима. — Года через три-четыре, не раньше, да и то если повезёт сдать экзамен с первого раза. И тест на совместимость с Виром удастся пройти.

— А если нет?

— Тогда ещё лет пять ждать.

— Строго. А без кольца тебе что можно?

— Ничего нельзя.

— То есть от тебя как от мага пользы не больше чем от этой колоды? — Тэйд ткнул мыском сапога в старое рассохшееся корыто, лежавшее у обочины.

— Хорошее сравнение. Выходит что так.

— Всё равно поздравляю. Сейчас ты гораздо ближе к званию мага, чем год назад.

— Спасибо, — с патологической ревностью в голосе произнёс Саима, кивая на ластящегося к Тэйду пееро. — А ты ему понравился.

— Ещё бы! Ты-то поди обкурил его своим дешевым «горлодёром», вот он и не знает, как от тебя сбежать.

— Сейчас и тебя обкурю, идём уже! Проголодался?

— Есть немного.

Вир успокоился, и Тэйд, наконец, получил возможность осмотреться.

Они стояли под большой бронзовой вывеской, покачивавшейся на цепях. Выпуклая надпись гласила: «Лис и Ягнёнок». Одноимённые зверюшки возлегали в вальяжных позах по волнистому верху.

По прихоти мастера, изготовившего вывеску, хитрый и коварный Лис коротал время в обнимку с коляской колбасы и кусом ноздреватого сыра в лапах. Ягнёнок же, наоборот, был наивен и добр, что, впрочем, не мешало ему опрокинуть кружку-другую эля, о чём свидетельствовали две большие баклажки с пенными шапками поверху, кои он с трудом удерживал в неверных копытцах.

* * *

— Ну, рассказывай, — потребовал Тэйд, бросая берет на стол, — что там у нас за дело?

— Камни Тор-Ахо, — плюхнулся на скамью Саима.

— Что это такое, камни Тор-Ахо?

— Вот ты неуч! А ещё в академии учишься.