Читаем Клинки Керитона полностью

«Мышкуешь, блохастый? — Крэч осмотрелся. Внутри — горы соломы, корзины с яблоками вдоль стены. Снаружи — прекрасный обзор: главный вход «Лиса» и два ряда окон, одно из которых Тэйда и Саимы, конюшня, сарай и три насквозь просматривавшиеся, улицы. — Отличный вид, здесь я, пожалуй, и подожду».

— Не возражаешь? — поинтересовался он у обалдевшего от такой наглости кота.

Паська, как ни странно, возражать не стал.

Скоро ожидания Крэча оправдались: от стены дома напротив отделились две тени и, ничуть не таясь, прошествовали каждая в свою сторону; одна направилась к конюшне — туда, где почил первый къяльсо; вторая — к колодцу, где Древорук приголубил длиннобудылого вартарца.

«Ага, — застучало сердце часто и гулко. На душе стало тревожно: Крэч ждал беды, чувствовал её. Он замер, стараясь не дышать. — Смена караула? Ну что же, пора в таком разе и мне выбираться. — Ещё ему подумалось, что очень неплохо, что он знает теперь места где къяльсо рассчитывают застать своих. — Но! — остановил мысли Древорук и потёр зудевшую бородавку ещё в далёком детстве проросшую у основания носа. — Минусов в этой ситуации гораздо больше чем можно представить: во-первых, не найдя своих подельников на местах, разбойники…»

Он не успел закончить мысль, потому как образовалось неожиданное «во-вторых».

Прямо перед его лицом блеснула тонкая стальная нитка. Послышался резкий свист. Крэч даже не успел понять, каким это чудом удавка не обвила его шею. Лишь старые рефлексы спасли его.

Он лихорадочно задвигал так удачно приподнятой деревянной рукой. Но не тут-то было! Стальная нить глубоко врезалась в кору, и все попытки высвободиться из её объятий были обречены на провал и только усугубляли и без того плачевное положение Крэча. От натуги лицо его стало пунцовым, виски вспухли синими жилками. Сзади послышались булькающее сопение нападавшего и злобный скрежет его зубов. Древорук дёрнулся, свернулся, толчком подался вперёд, утягивая къяльсо за собой, а после, откинувшись, схватил его левой рукой за волосы. Резко наклонился и перебросил нападавшего через себя.

Сквозь пелену, застившую глаза, он не мог разобрать силуэт обидчика, а потому просто выхватил рап-сах и ткнул им наугад, в темноту. Противник заорал, и Крэч узнал его голос.

— Ктырь, ты!

— Я!

— Есть на Ганисе Боги! — уже довольно выдохнул Крэч, выхватывая нож. — Ну! Давай, — оскалился он. — Иди сюда, гадина!

— Зря ты тех двоих убил, — прошипел Вейзо, зажимая ладонью раненое бедро. — Следовало бы начать с меня!

С этим было трудно поспорить, учитывая, что Крэч собирался прикончить их всех и особого внимания на порядок, в каком ему приходилось делать это не обращал. Он пожал плечами и взглянул на лезвие рап-саха, с кончика которого одна за другой срывались багряные капли.

— Ничего. Они на меня не обиделись. — Крэч поводил рап-сахом, эффектно вертанул ножом в другой руке. Замер в ожидании. — Ну?!

— Приступим? Имя своё сперва назови, пока говорить можешь, — просипел Ктырь, кровожадно скалясь. — Хочу знать, кого я сейчас прикончу.

— Ой, а ты меня не узнал?

— Нет, а должен был? — Вейзо отпустил рану на ноге, пожалуй, посчитав её несерьёзной, и теперь в грудь Крэча хищно нацелились иззубренные клинки двух ножей, в три пальца длиной оба.

Они настороженно закружили вокруг друг друга, солома мягко хрустела под сапогами.

— Даже удивительно, что ты успел так быстро меня забыть… Хотя… — Крэч остановился и демонстративно приподнял дииоровую руку. — Ты случайно не знаешь, где я руку свою оставил? Или, может, вспомнишь, где тебе морду раскроили?

— Ух ты! Деревянная рука?

Несмотря на внешнюю развязность и наглый тон, что-то изменилось в лице онталара — Крэч почувствовал это сразу. Теперь он видел глаза, наполненные поселившимися в них сомнениями и даже страхом.

— Издеваешься? Ну-ну.

— Никак не можно, — осклабился Вейзо. — Тебя я не помню.

— Уверен? — переспросил Древорук. Он чувствовал, как дрожат от напряжения сжимавшие холодную рукоять пальцы левой, и услышал, как поскрипывают пальцы дииоровой. — Тогда считай меня призраком… или своей смертью.

— Смерть так смерть. Как скажешь, карла, как скажешь, — он густо сплюнул, мотнув головой, и кинулся в атаку.

Надо отдать ему должное — чем-чем, а ножами он владел виртуозно.

Крэч ожидал рывка, но с места всё ж таки не сдвинулся. Лишь когда онталар оказался совсем рядом, дёрнулся, ныряя под сверкнувшие в темноте клинки, и плоско рубанул рап-сахом, целясь в живот. Вейзо изогнулся, легко уклоняясь от удара, отскочил и пошёл петушиным шагом, кривляясь.

Они сошлись и закружили в невероятном вихре, выбивая клинками искры: удар, другой, третий, ещё и ещё… Несколько секунд обменивались рубами и тычками. В какой-то момент все четыре клинка сомкнулись, удерживаемые гардами. Искажённое злобой лицо онталара оказалось так близко, что Крэч не удержался и плюнул в него. Ктырь провернулся, сделав полный круг всем телом, не меняя положения рук, и отскочил, высвобождая из захвата клинки. И тут же, изящным движением увернувшись от посланного ему вдогонку рап-саха, коротко полоснул Древорука кончиком ножа по лицу.