Читаем Клич Айсмарка полностью

— Никого я не «привела». Владыка Тараман, сотый тар Ледового царства, любезно согласился сопровождать меня на эту встречу.

— Ах, так у него и титул есть, — язвительно отозвался Беллорум. — А трюки он показывает?

— Я показываю только один трюк: убиваю ваших солдат, — вступил в разговор Тараман. — И по-моему, у меня неплохо получается. А вы как считаете?

Фиррина с удовольствием полюбовалась на то, как имперский военачальник вытаращился на барса, не в силах скрыть свое удивление. Беллорум был потрясен: надо же, слухи о говорящих кошках все-таки оказались правдой! Эти звери и правда умеют изъясняться как люди. И человеческие слова так естественно и просто вылетали из громадной зубастой пасти…

Молодой имперский офицер тоже на мгновение остолбенел, но потом вспомнил правила хорошего тона и отсалютовал Тараману как правителю вражеской державы.

Огромный барс царственно кивнул в ответ:

— Мы здесь только для того, чтобы обменяться любезностями, или у этой встречи все же есть другая цель? Если нет, предлагаю продолжить битву. У нас, знаете ли, еще дел по горло, уж больно вас много…

— Цель есть, — опомнившись, ответил Беллорум. — Предлагаю решить исход битвы поединком. Я вызываю на бой королеву Фиррину, здесь и сейчас, на этом самом поле.

— Я принимаю вызов, — тут же ответила девочка.

— Не торопись. Зачем тебе это? — тихо возразил Тараман. — Ведь у него есть только сборище расфуфыренных деревенских оболтусов на старых клячах, которое мы скоро разнесем в пух и прах. Зачем, по-твоему, он предлагает тебе поединок? Он проигрывает и знает это. Поединок — его единственный шанс. Прикажи начинать атаку, и мы сметем этих выскочек.

— Я сказала, что принимаю вызов, Тараман, — ответила Фиррина, не сводя глаз с имперского военачальника, потом перевела взгляд на союзника и друга и добавила: — Не отговаривай меня. Я выйду на поединок! Это мой шанс прикончить Беллорума и отомстить за всех, кто погиб!

Ее сжигали всепоглощающая ярость и ненасытное желание заставить этого человека собственной жизнью заплатить за все смерти и разрушения, что были на его совести.

Беллорум рассмеялся.

— Ну же, барсик, будь послушным котиком, не перечь хозяйке. Разве не видишь, ей так хочется умереть!

Огонь во взгляде Тарамана схлестнулся со льдом имперских глаз.

— Если королева Айсмарка не убьет тебя, — проговорил барс, — я сам разыщу тебя, и тогда не жди пощады. Я выпущу тебе кишки, притом медленно. Это поубавит твою наглость. Тогда и повеселимся всласть. Умеешь петь, имперец? А то я очень люблю слушать, как голосят мои жертвы, когда я с ними играю.

Беллорум не отвел глаз и ничего не ответил барсу. Вместо этого он повернулся к королеве и обнажил меч.

— Полагаю, драться будем на мечах? Обычно оружие выбирает тот, кто принял вызов, но это правило придумано для цивилизованных стран, к вам оно не относится.

— Каковы условия? — бесстрастно спросила Фиррина.

— Условия? А разве не ясно? Если я убью тебя, Айсмарк прекратит сопротивление и станет новой провинцией империи. Если ты меня убьешь, армия Полипонта обратится в бегство… но потом вернется. Вместо меня назначат нового главнокомандующего, и он снова приведет сюда войска.

— Значит, даже если мне повезет, я всего лишь избавлю мир от одного лишнего человека?

Беллорум пожал плечами.

— Конечно. Такова участь жертвы.

— Тогда начнем.

Обе армии отступили, освободив арену для поединка. Затаив дыхание, солдаты наблюдали, как противники замерли друг напротив друга, прежде чем сойтись в схватке. Затем Беллорум тронул своего коня и медленно двинулся по кругу. Фиррина стала поворачиваться, чтобы постоянно оставаться лицом к нему. Несколько долгих минут Беллорум кружил возле нее, потом направил своего коня в стремительный бросок. Лошади сшиблись плечами, меч имперца стальной молнией метнулся к королеве…

Приняв удар на щит, девочка попыталась достать мечом горло врага, но Беллорум успел заслониться клинком. Пока наездники обменивались ударами, кони неистово лягались и кусались. Звон мечей о щиты разносился над полем, как нестройный колокольный звон. Соперники выписывали круги по «арене», наносили молниеносные удары и защищались…

Глаза Беллорума искрились торжеством. Он был силен и уверен в себе. Прирожденный боец, он отточил свое мастерство в сотнях сражений — что ему стоит одолеть эту девчонку, пусть одаренную, однако такую неопытную… Резко наклонившись, он ударил королеву в лицо рукоятью меча, но она, не моргнув глазом, уклонилась и в ответ разбила ему губу краем щита. Имперец сделал ложный выпад в живот и свирепо взмахнул мечом сверху вниз. Ему удалось оцарапать подбородок девчонки, она в ответ попыталась снести ему голову, но тщетно. И тогда, любезно улыбнувшись, Беллорум ударил ее коня. Меч вошел по самую рукоять.