Читаем Клятвоотступники полностью

— Вот влипли так влипли, но давай будем держаться той линии, которую посоветовал Виктор. Может, он нас и вытащит? Помимо того, что предпримет Цердарь, нам необходимо серьезно поговорить с Милютиным, пообещать, что возместим ущерб полностью, — внес предложение Михаил Вишневский.

— Правильно, и если он не согласится, то отметелим его по первое число, калекой сделаем. Нужно быть болваном, чтобы не согласиться на наше предложение, — поддержал его Дмитрий.

На том и порешили. Весь вечер Осьмак пил в баре, чтобы как-то заглушить паническое настроение. Вишневский, закончив работу, отвез своего приятеля домой, где с помощью матери раздел и уложил спать.

На следующий день Цердарь лично присутствовал на допросе Осьмака и Вишневского, которые точно держались отработанной им версии, а потом получилось так, что он принимал участие во всех следственных мероприятиях. Уголовное дело шло к заранее намеченному финалу. Санюк, тонко уловивший желание начальства, делал все возможное к его прекращению. Милютин, как только в кабинете появлялся Цердарь, замыкался и отказывался от ранее данных показаний. Следователь умело использовал эти факты и сначала приостановил уголовное дело, а спустя некоторое время и вовсе прекратил.

После описанных событий Цердарь стал пользоваться у Осьмака и Вишневского непререкаемым авторитетом. Они безгранично поверили в него и считали, что он сможет их вытащить из любого дерьма. Чувствуя полную безнаказанность, компания стала действовать нагло, отбросив в сторону всякую предосторожность.

Замечательное время года — весна. Во всех уголках земли люди радуются ее приходу, с нетерпением ждут этого необыкновенного обновления природы. Идет она незаметно, постепенно набирая силу. И только в мае показывает себя во всей красе. Этот месяц в годовом календаре отмечен буйством красок различных цветов, сочной зеленью листьев и травы, многоголосых трелей соловьев.

Вишневский вышел из подъезда дома, прищурил глаза от яркого солнечного света и поспешно надел светофильтры. Сегодня решил пройтись пешком, благо кафе «Звездочка», где он работал барменом, было совсем рядом. Одетый в джинсы, кроссовки и стального цвета рубашку с закатанными рукавами, Михаил неторопливо вышагивал по улице, полной грудью вдыхая утренний, несущий прохладу ночи воздух. Минувшие два месяца для него были полны волнений и истерик дома, неизменно вспыхивающих, когда звонил следователь и вежливо приглашал прибыть для допроса. Однако все обошлось благополучно. Его приятель Цердарь оказался всемогущим и сделал все возможное, чтобы прекратить уголовное дело. Да и следователь Санюк, смекнув, что к чему, взял их сторону. Сейчас все позади, но навалилось другое: бармен оказался в полном подчинении Цердаря и его закадычного друга Осьмака. Михаил понял, что выйти из этого заколдованного круга практически невозможно, и в конце концов смирился. Стал даже козырять своим знакомством, что ему не раз помогало на работе в злачном месте.

А в действительности это место было не подарок. По какой-то причине «Звездочку» облюбовали лица с сомнительным прошлым и настоящим. Они собирались здесь вечерами для встреч, обсуждали какие-то свои дела, даже иногда организовывали карточные баталии. Обслуживающий персонал, довольный тем, что их никто не беспокоит, закрывал на все глаза. Милиционеры появлялись здесь редко, так как никаких нарушений общественного порядка не происходило.

Кафе «Звездочка» находилось недалеко от медицинского института, напротив, через проспект Ленина. На первом этаже дома размещался обеденный зал столовой, а спустившись в цокольное помещение, посетитель оказывался в баре, где обитые темно-синей материей стены, полумрак и тихая музыка настраивали на лирический лад. Помогали этому и кабинки, отгораживающие столы друг от друга, создающие иллюзию одиночества.

Вишневский через служебный вход прошел к своему рабочему месту. Проверил количество спиртного, бокалы, рюмки и фужеры для коктейлей, чего не хватало — дополнил. После открытия появились первые редкие посетители, но Михаил знал, что к вечеру здесь будет не продохнуть от табачного дыма и винного перегара. Сейчас он пока отдыхал, слушал музыку и наблюдал за любителями пива и вина.

Наступил вечер. Бар заполнялся молодыми людьми, и Вишневский оказался занят до предела, еле успевая выполнять заказы. Однако он нет-нет да и посматривал в конец зала, где из последней кабинки слышался идиотский хохот, а временами и нецензурщина. Вдруг оттуда вывалились трое дерущихся парней.

«Ну вот, так и знал. Опять Телуша драку затеял», — подумал Михаил, с тревогой наблюдая за тем, как драчуны приближались к стойке бара.