Читаем Клятвоотступники полностью

— С твоим предложением можно согласиться, но кое-какие коррективы надо внести. Помнишь, Милютин был судим за показ порнографических фильмов? Вот на этом мы и сыграем. Михаилу я дам кассету с порнофильмом, а при проверке аппаратуры он ее вручит Милютину, и таким образом мы получим отпечатки пальцев нашего подопечного на вещдоке, который будет его изобличать. Вторично идти в суд он не захочет, потому что большой срок отломиться может, а это значит, что Наум будет делать то, что мы ему скажем, — с улыбкой закончил изложение своего дополнения Цердарь.

— Принимается. Великолепная корректировка. А сейчас я пошел готовить все для вечера. К концу рабочего дня заеду, — Осьмак, не прощаясь, вышел из кабинета.

Цердарь проводил Осьмака долгим задумчивым взглядом. Они сблизились еще в те времена, когда Цердарь был рядовым сотрудником уголовного розыска, а Осьмак работал главным бухгалтером в производственном объединении бытовых услуг. В какой-то компании познакомились, стали встречаться на различных застольях. Совместные выпивки, увлечения женщинами, иногда драки по-братски сблизили приятелей. Рано или поздно, но любому благополучию приходит конец. Такое время наступило и для Дмитрия Осьмака. Нежданно-негаданно против него было возбуждено уголовное дело за хищение социалистической собственности. Но стараниями Цердаря оно было прекращено с оговоркой: возместить нанесенный ущерб, который оказался незначительным. Это обстоятельство еще больше скрепило их дружбу, позволило с полным доверием относиться друг к другу.

Кражу из квартиры местного воротилы они уже планировали осуществить вдвоем, рассчитывая взять много ценностей и денег, да не повезло. Неожиданно возвратился домой хозяин со своими приближенными. Цердарь, стоявший на стреме, не смог своевременно дать сигнал тревоги, и основательно избитый Осьмак был передан в милицию.

И снова с помощью Цердаря его дружок отделался легким испугом. А после суда приятелям удалось встретить воротилу одного в темном углу и так отделать, что тот смог подняться на ноги только после месячного лечения в лучшей клинике города.

В последнее время в их теплой компании появился новый приятель — бармен кафе «Звездочка» Михаил Вишневский. Они часто устраивали пьянки после работы в баре с приглашением девиц, благо спиртного и закуски хватало. Втроем, высокие и сильные, они не боялись вступать в кулачные баталии даже с авторитетами уголовного мира и, как правило, побеждали последних, навязывая им свою волю, требуя с них крупные суммы денег. И паханы, побывав на предварительной аудиенции у Цердаря, не смели отказаться от наложенных штрафных санкций, когда стояли перед угрозой ответственности за сопротивление «законному» требованию работнику милиции. Доходы компании росли в геометрической прогрессии, что позволяло им тратить деньги не считая.

Рабочий день Цердаря подходил к концу. Утренняя неприятная встреча уже как-то забывалась, тем более ожидалось новое приятное развлечение. Примерно в полдень к зданию УВД на своем «жигуленке» подъехал Дмитрий Осьмак.

— Заканчивай свои грязные дела, — развязно бросил он Цердарю. — Поехали к девочкам, а то они нас уже заждались. Сегодня собираемся у меня на хате. Маман укатила на село, так что мы свободно можем гудеть до утра, — сказал Осьмак, довольно улыбаясь.

— Подожди немного. Через полчаса двинем…

Еще раз проверив данные подчиненным поручения, Цердарь сложил свои папки в сейф, надел пальто и выскочил на улицу, где его уже ждал Дмитрий Осьмак. Небо, усеянное звездами, дышало холодом, а под ногами хрустели мелкие ледышки. В природе стояла тишина, только большой город жил своей жизнью: там тренькнул трамвай, здесь прошипел шинами троллейбус, а вдалеке, на предприятии, виднелись сполохи электросварки. Дружки сели в автомашину и покатили к дому Осьмака. Поднявшись лифтом на пятый этаж, они зашли в квартиру. Вишневский, блаженно улыбаясь, развалился на диване и обнимал двух полуголых девиц, которые по очереди его целовали. Татьяна, чернявая, худенькая девушка, колдовала у зеркала над своей прической, взбивая ее и делая пышнее. От ее стараний над головой возник темный ореол, обрамляя и еще более оттеняя бледное личико.

— Девоньки, не будем терять времени, садимся к столу. Танюша и Виктор вот сюда, — Дмитрий рукой показал на два стула с правой стороны. — Миша с Лелей сядут напротив Виктора, а я с Настенькой — между вами. Начнем нашу баталию, — распорядился он, открывая бутылку коньяка «Молдова» и наполняя рюмки. — Я предлагаю выпить за наших подружек. Хочу пожелать им здоровья и счастья. Ребята пьют стоя и до дна, — мужчины дружно встали и лихо выпили, по-гусарски держа локоть правой руки на уровне плеча.

Все сели и только принялись за еду, как Осьмак опять наполнил рюмки и сказал:

— Есть хорошее правило. Между первым и вторым тостом не должна пролетать искра, поэтому поднимаю бокал этого прекрасного коньяка за всех нас и всем хочу пожелать удачи.

— Ну ты даешь, Дима. Дал бы хоть поесть, — выпив, недовольно пробурчал Виктор Цердарь.