Читаем Клятва обмана полностью

Савенек сел возле края, ветер трепал его волосы в стороны. Он взял кусок дерева и стал обрабатывать его кинжалом. В этот раз он начал вырезать с головы коня. Он сделал ноздри, длинный нос, умные глаза и острые уши. Он не успел заметить, а голова уже обретала форму, и его недовольство отступило.

Отец любил его. Он это знал. У Натенека была причина не пускать его во дворец сегодня. Он должен был дать отцу шанс все объяснить, а не злиться. Он перешел к сильному телу и ногам лошади. Он решил сделать лошадь бегущей. Вырезать так ноги будет сложнее, но результат будет стоить усилий.

Подул ветер, и Савенек взглянул на океан вдали. Корабли выглядели как черные муравьи, покачивающиеся на воде. Когда Савенек плавал, ему нравилось быть на просторе, ритмичная качка и запах моря. Он закрыл глаза и вдохнул. Он не впервые ощутил, что в его жизни чего-то не хватает. Он не мог сказать, чего или кого, наверное, матери. Но в нем была тоска, которую он не мог объяснить. Порой это ощущалось как притяжение.

— Что ты тут делаешь? — спросил Натенек откуда-то сзади.

Савенек поднял деревянную фигурку, медленно обретающую форму.

Его отец подошел и сел рядом.

— Прости за сегодня.

Это было начало. Савенек опустил лошадь и кинжал, ждал объяснений.

— Я хотел, чтобы ты учился и стал одним из Братьев. Но теперь…

— О чем ты говоришь? — спросил Савенек. — Не хочешь, чтобы я давал клятвы? — что изменилось? И если он не будет в Братстве, что ему делать в жизни? Его сердце безумно билось в панике.

— Не мне решать, — ответил Натенек. — Твоя мама видела тебя другим.

Савенек моргнул. Его отец никогда не упоминал его мать. Никогда. Может, он ослышался.

— Я прошу тебя дать мне время разобраться кое в чем, — пробормотал Натенек. — Мне нужно во всем разобраться. Братство получило важные задания. Несколько твоих товарищей-учеников отправлены в Мелению, Ланданию и Фию. Похоже, армия Рассека собралась вдоль их границы. Мы не знаем, почему, или что они хотят сделать.

— И это прямая угроза для Империона, — сказал Савенек. Он видел карту континента, изучал политику разных королевств, так что знал, что если Рассек нападет на какое-нибудь соседнее королевство, это отразится на Империоне. — Дай мне помочь. Для этого я учился всю жизнь.

— Ты можешь понадобиться в другом месте. И… твоя мама не хотела бы, чтобы ты стал убийцей.

— Тогда зачем ты учил меня этому? Я ничего больше не знаю! И почему она против моей работы убийцей, если ты такой же?

— Если я отправлю тебя на задание, и что-то случится, я не смогу себя простить.

Так это отец проявлял излишнюю опеку и не хотел его отпускать.

— Ты все время знал, что есть такой шанс, — почему передумал сейчас? Было нечестно подавлять Савенека из-за своих страхов.

— Знаю. Поэтому я прошу дать мне время разобраться в этом.

— Если я не присоединюсь к Братству, что мне делать в жизни? — он не мог представить себя торговцем на рынке. Даже если так он сможет жениться на Хане и получить дом в городе. Этого было мало. Его учили жить в тенях и убивать незаметно, чтобы защитить королевство и корону, которые он любил. Его растили с верой, что нужно помогать чему-то большему, не только себе. Он не мог отвернуться от этого и делать что-то простое в жизни. Он сойдет с ума.

— Я не говорю, что не дам тебе произнести клятвы, — Натенек встал, сжал его плечи и посмотрел в глаза. — Я виноват, не учел возможность войны, когда тебе всего шестнадцать. Но мы столкнулись с этим, а я обещал, что уберегу тебя. Я собираюсь сдержать обещание.

Савенек не знал, что сказать, так что отклонился и вернулся к фигурке лошади. Он старался не спешить с выводами.

* * *

Савенек выбрался из кровати, тихо прошел по комнате. Он схватил сапоги, подобрался к своей закрытой двери и слушал. Он ничего не слышал. В окно вылезти было бы куда проще. Но петли в последнее время скрипели, это точно разбудило бы отца. Он надеялся, что Хана все еще ждала его в амбаре. Натенек лег спать дольше обычного.

Он открыл дверь спальни и застыл. Натенек стоял у входной двери и говорил с кем-то снаружи. Савенек не мог различить слова, звучащие слишком тихо. Через пару мгновений Натенек закрыл дверь и прислонился к ней головой.

— Что такое? — спросил Савенек. Он опустил сапоги и прошел к гостиной.

— Ничего, — Натенек скомкал что-то в руках.

— Это послание от Братства?

— Почему ты не спишь?

Теперь уже Савенеку пришлось увиливать.

— Я услышал тебя.

— И не собирался выбраться на встречу с Ханой? — Натенек повернулся и скрестил руки.

Савенек не хотел врать.

— Что на той бумаге? — спросил он, пытаясь сменить тему.

Натенек прошел на кухню и развел огонь в глиняной печи.

— Ты собираешься что-то печь? — обычно дядя Бригек давал им хлеба на неделю. Савенек почесал голову. Они редко использовали печь. Он не знал, что там есть дрова.

Огонь стал выше, и Натенек бросил туда бумагу.

— Нет, — ответил он. — Просто мне нужно хорошее освещение, чтобы наточить кинжалы. Раз ты не спишь, можешь наточить свои.