Если по отношению к Гейл внутри Сэлла образовывались катакомбы, рваные пустоты, дыры и раны, которые он нанес ей, то при малейшей мысли об Амелии Сэлла накрывала неудержимая волна стыда. Его волновало, что девушка думает о нем после всех этих слушков и насмешек, почему она смотрит на него так… Жалеет? Сочувствует? Нет, это плохие эмоции!

Нельзя девушке жалеть парня. Нельзя сочувствовать мужчине.

Нельзя, даже когда так…

– А ты актив или пассив? – Сэлл завязывал шнурки перед входом на корт, когда его обступила шайка языкастых. – Ну и как тебе, приятно такое внимание? – Лохматый противно оскалился и прошелся бейсбольной битой по пятой точке парня.

Сэлл выпрямился, резко развернулся, сжав кулаки, хотел замахнуться… Но кто-то сзади дернул его за шорты.

Толпа окружила парня тесным плотным кольцом.

– Ну что, приятно? – захохотал Лохматый. – Нет? Этого недостаточно? А хочешь… Колин кинет пару палок в твою задницу? Словишь кайф, Дристомет! Вы же так получаете удовольствие? Давай, Колин, не стесняйся, спускай штаны.

Вот гниды!

Одно мгновение – и Сэллу заломили руки. Удар в живот – согнули его пополам. В глазах помутнело, потемнело, показалось, что Сэлл падает в бурлящую черную бездну…

И вдруг – голос Амелии:

– Вы че, уроды?!

И те самые вилы в ее уверенных девичьих руках.

– Заколю, твари! Заколю всех! Тебя, Паркл, в первую очередь!

Лохматый сглотнул, почувствовал кожей острые зубья садового инструмента.

– А ты будешь вторым, Кайл. – Она на секунду перевела свое оружие на другого. – И тебе достанется, Колин! Твою мать, будь ты неладен! Но сначала я прикончу Паркла. – И снова направила вилы на Лохматого. – Ты сдохнешь в ногах Сэлла, Паркл Льюис! – Ткнула его в грудь и процедила сквозь зубы: – Проси прощения, прид-дурок!

Глава 48

Шейла

Шейла не спала уже больше двух суток – не могла. Под глазами залегли синие тени, лицо осунулось, еще четче обозначив скулы. Волосы топорщились ежиком, не желая укладываться.

Сначала девушка боялась, что кто-то из двоих ее заложит: или Сэлл, или Клеменс.

Но проблема оказалась как раз в том, что все продолжали считать ее Гейлом Мелларком, молодым учителем химии! Уэста славили на каждом углу, подначивали и нападали, как своры диких шакалов на раненого волка. А он молчал. И Клеменс тоже молчал. Хотя был в курсе всей этой травли. Улыбался. Получал удовольствие, наблюдая, даже айпад отошел на задний план.

Может, признаться самой? Рассказать все как есть? Мисс Норрис должна понять.

А как же Брэд?

Шейлу метало и штормило. На одной чаше весов брат, на другой – неплохой, в сущности, парень Селестин Уэст. Пожалуй, пересекись с ним Шейла в другой ситуации, он бы мог ей очень и очень понравиться. Даже несмотря на то что младше. Девушка до сих пор ощущала на коже невесомое прикосновение горячих губ – не смыть и не забыть.

Прости, Брэд!

Шейла схватила свои настоящие документы и рванула к кабинету директрисы. Наверняка она уже на месте. Мисс Норрис – ранняя пташка.

Но на стук никто не ответил. Потоптавшись у двери какое-то время, Шейла решила вернуться после своего модуля. Правда, он стоял четвертым, у первокурсников, а до него – километры вечности, которые надо было как-то преодолеть. Но как? Девушка понятия не имела.

Прошлась по саду. Обошла стадион, на котором прямо с утра начинались тренировки. Наверное, уехав отсюда, Шейла будет скучать. Похоже, придется смириться с тем, что в деле исчезновения Брэда следует положиться на полицию. И выслушать… Чего только не выслушать от отца, который наверняка уже знает, что она взяла академический отпуск. Его хорошая девочка, его надежда, и вдруг – бунт на корабле.

Обогнув здание школы, Шейла увидела отъезжающую машину мисс Норрис. Черт! Не бежать же за ней по дорожке в надежде, что успеет притормозить перед воротами.

Девушка посмотрела на часы: модуль через час. Остается надеяться, что директриса уехала ненадолго и скоро вернется.

Стоя посреди двора, Шейла почувствовала на себе чей-то взгляд и огляделась, но никого не увидела. Если только кто-то следил за ней из окна. Представив, что это может быть Уэст, девушка неожиданно для себя покраснела.

Пожалуй, лучше вернуться в здание.

Шейла дошла до своего кабинета. Пытаясь отвлечь себя от мыслей о предстоящем разговоре, принялась смешивать химикаты. Подростки любили опыты. Особенно шумные и эффектные.

Колба словно сама собой разлетелась на подставке, раздался громкий хлопок, и пошел зловонный дым. Шейла опешила. А мгновение спустя сработала пожарная сигнализация.

Трясущимися руками убирая следы своего «преступления», Шейла размышляла, повредит ли случившееся ее чистосердечному: вот она сначала устраивает переполох на всю школу, а потом вдруг признается, что работает по фальшивому диплому, по поддельным документам, выдавая себя – о ужас! – за мужчину.

Брэд, ну что там у нас впереди?..

– Мистер Мелларк? – вездесущая Пафф, конечно же. – Господи, как у вас тут задымлено! Вы в порядке?

Толстуха весьма проворно подскочила к окну и распахнула створки. Окинула взглядом разрушения, но ничего не сказала.