Читаем Клетка полностью

Но признаний там точно не было. Откуда бы им взяться? Зато Мелларк был, и Амелия торопливо смылась, не дожидаясь финала истории. И что? И потом…

Да не-е. Бред бредовый!

Хотя Мелларк сразу задергался, услышав вопли Паркла, и трусливо сбежал, прислав вместо себя миссис Пафф. Ну он-то – ладно. Но Сэлл!

В принципе Амелии все равно, какой он – ее мнение не изменится в худшую сторону. Но быть же не может! Черт! Она просто чувствует, слишком хорошо чувствует, что Сэлл…

А-а-а-а-а! Мозги вскипают. Еще и эта тупая курица Сам-мер подлила масла в огонь своими громкими лозунгами про толерантность. Она совсем ничего не соображает?

Амелия еле пережила этот модуль, даже старалась лишний раз не смотреть на Сэлла, чтобы не смущать его недоумевающим взглядом. Хотела потом спросить напрямую. Но он тоже сбежал, слишком стремительно. И такое чувство, что не собирался ничего никому объяснять.

Тут, конечно, не до французского и литературы. К черту все занятия! Забиться бы в укромное местечко и в тишине и покое привести мысли в порядок. Не разобраться – это вряд ли получится, – а хотя бы немного успокоиться.

Амелия задумчиво шла по коридору, не обращая внимания, что творится вокруг. Густая толпа начинала редеть, растекаясь по кабинетам. Кто-то назидательно вякнул в спину:

– Мисс Грин, поторопитесь! Модуль уже начался.

Ага. Разбежалась.

– Мисс Грин!

– Сейчас.

Чтобы скрыться от назойливого взгляда, Амелия свернула на лестницу.

Этот пролет вел вверх. Ну и ладно. Амелия взбежала по ступенькам, но не стала выходить на следующий этаж, а двинулась дальше. Туда, где была дверь на крышу. На крыше точно пусто.

Амелия уселась возле стены, спрятавшись от ветра, но побыть одной в тишине и покое так и не удалось.

Дверь хлопнула, слишком громко и резко. Кого принесло-то? Неужели обиженная француженка ломанулась следом, чтобы силой притащить Амелию на свой модуль?

Нет, не она. Чучело.

Давится соплями и рыданиями, движется еле-еле, ноги заплетаются, но все равно уперто шкандыбает от дверей и прямо вперед. А что впереди? Пропасть.

О-о-о! Неужели? Чучело хочет… Да ну, не решится. Слаб. Не сможет. А если?

Амелия взвилась с места, словно ее подбросило, швырнуло в нужную сторону.

– Саммер!

Чучело вздрогнула. Всем телом. Как будто ее электрическим током шибануло. Развернулась медленно, скользнула по Амелии отрешенным взглядом…

– Ты чего тут? – Амелия подскочила к Саммер, на всякий случай ухватила за рукав покрепче. А та уставилась ей прямо в глаза, сначала напряженно и недоверчиво, потом почему-то умильно. Шмыгнула носом, всхлипнула и…

Обхватила руками, навалилась всем весом, взвыла:

– Ы-ы-ы-ы!

От неожиданности и оттого, что чучело не совсем уж худышка, да и центр тяжести неудачно сместился, Амелия не удержалась на ногах и плюхнулась на попу. Саммер, не отлипая, по-прежнему висела на ней. Рыдала в голос, восклицала, давясь словами и заикаясь:

– Ну почему? Почему-у?

О боже!

– Я знаю, что я уро-одина. Но разве я виновата? Что така-ая! – Чучело вздрагивала, уткнувшись Амелии в плечо, обильно поливала его слезами. – Я не винова-ата. И почему всем только внешность важна-а?

Сначала Амелия закатила глаза, скорчила дурацкую физиономию, потом смирилась. Саммер обнимала ее с такой силой, что даже шевельнуться толком не получалось. И не отдерешь, и не прикрикнешь – как-то непорядочно.

Жутко хотелось, чтобы хоть кто-то разделил с Амелией эту благородную миссию – выслушивать стенания чучела. Но желающих не находилось. Никто и не думал поднимать голову вверх, смотреть, что творится на крыше. На стадионе наворачивали круги и кучковались вокруг ямы для прыжков в длину. Остальные наверняка торчали в учебных кабинетах. И студенты, и преподаватели. И только…

Как интересно!

Амелия уловила двигавшуюся по одной из дорожек сада знакомую фигуру. Сначала директриса типа прогуливалась, вертя головой, потом сошла на газон, приблизилась к густым зарослям декоративных кустов у самой ограды и, еще раз оглядевшись, шмыгнула в них.

И чего ей там понадобилось?

Даже завывания Саммер отошли на второй план. Амелия ждала, что произойдет дальше.

А ничего не происходило. Директриса исчезла и больше не появлялась.

Залегла там?

– Ы-ы-ы-ы-ы! – опять на высокой ноте выдала чучело, дернула головой и легонько въехала макушкой Амелии в подбородок. Или не макушкой. Но получилось чувствительно. Во всяком случае, внимание переключилось.

– Меня никто не люби-ит. Совсем никто-о. А парни… они… они во мне даже девушку не видят. Ну почему-у? И Брэд не замечал. И Сэлл. – Произнеся это имя, Саммер зарыдала с удвоенной силой. – Сэ-элл!

Она стиснула Амелию еще сильнее, буквально вжалась ей в плечо, а та понятия не имела, что делать. Первый раз оказалась в подобной ситуации.

Неуверенно протянула руку, похлопала чучело по спине:

– Да ладно тебе. Чего так убиваться-то?

– Ты не понимаешь! – завопила Саммер с обидой. – Ты красивая. О-очень красивая. Не то что я! На тебя все парни пялятся.

Амелия фыркнула:

– Ну пялятся, и что? Когда слюни пускают, когда просто хотят, при чем тут любовь?

Саммер сердито хлюпнула, возразила упрямо: