Читаем Кленовые тайны полностью

— Что вас так удивило? — спросил коррехидор, — вполне логично, рачительный человек для разведения отравы от грызунов купит более бюджетный напиток, нежели для личного употребления. Вещи убитой недвусмысленно говорят, что дамочка себя любила и ни в тратах не особо отказывала. Поэтому и выпивку для себя приобрела качественную и дорогую.

— Сначала я тоже так подумала, — серьёзно согласилась чародейка, — но потом меня моё внимание привлекла наклейка на бутылке. Владелец винной лавки решил сделать себе рекламу и прилепил маленькую красную бумажечку, смахивающую на камон, с надписью: «Любой повод хорош для наших вин». Я была уверена, что уже встречалась с подобным. Полезла в шкаф для вещдоков и сравнила бутылку из комнаты убитой с бутылкой, обнаруженной нами на смотровой площадке Астрономической башни. На ней красовалась точно такая же рекламная наклейка.

— Это может означать всё и ничего. Может быть, убийца в обоих случаях один, и он заранее запасся спиртным на два убийства. Но, нельзя исключать и вариант винной лавки, расположенной по соседству, где удобно отовариваться сотрудникам Кленового института, а могут и студенты заглядывать. Как косвенную улику вашу находку принять можно, но на прямую она, увы, не тянет! Средней руки адвокат камня на камне не оставит от обвинения, построенного на подобном совпадении.

— Может, нам стоит пробежаться по винным и алхимическим лавкам? — предложила чародейка, — вдруг продавец запомнил, кто покупал у него настойку рога они или спиртное?

— Пробежаться, конечно, можно, — в тон ей ответил Вил, — только на это у нас уйдёт месяц или даже больше. Представьте себе только, сколько у нас в Кленфилде магазинов и таверн с выпивкой? Да и алхимических лавок хвататет. Не факт, что коньяк и бренди покупал убийца; и тем паче, не факт, что торговец запомнил именно его. Он каждодневно продаёт десятки единиц товара, и не первое, ни второе не являются чем-то уникальным, таким, чтобы покупатель сего обратил на себя внимание продающего. К тому же не обязательно нужные нам лавки располагаются поблизости от Кленового института, не стоит исключать случайные покупки в городе, или же намерение запутать следствие. На месте убийцы лавки в шаговой доступности оказались бы в моём списке самыми последними. Искать уникальный, дорогой перстень, имеет смысл, а бегать в поисках непонятно чего, представляется мне пустой тратой времени и сил. Едем к тётушке Сацуки.

Тётка Вилохэда даже на дала себе труда скрыть недовольство, с каким она выслушала вердикт о втором убийстве в стенах Кленового института.

— Вилли, я решительно требую, чтобы ты провёл расследование в кратчайшие сроки. Просто неописуемо, что рядом с порядочными людьми в этих, почти священных, стенах бродит убийца, расправляющийся с неугодными ему направо и налево! Да в свете этого ни один человек не может чувствовать себя спокойно. Знаешь, что было после первого случая? — она шумно вдохнула из пузырёчка с нюхательными солями.

Вилохэд воспользовался паузой и заверил, что не имеет не малейшего представления.

— Мне звонил глава клана Ивы, — со значением проговорила госпожа Докэру, — он выразил желание забрать свою дочь домой вплоть до завершения расследования. А затем добавил, что на совете клана собирается поднять вопрос о возможном изменении учебного заведения младшей дочери Ивового клана с требованием возмещения потраченных на обучение средств. Представляешь, чем это чревато?

Рика догадалась, что тётушка Сацуки имеет ввиду разбегание студентов и уменьшение финансирования, но почла за благо смолчать.

Тётка сама озвучила ужасные последствия.

— А после второго убийства я не удивлюсь, что и преподавательский состав тоже может понести невосполнимые утраты, — добавила она, таким скорбным тоном, будто бы речь шла о внезапной кончине доброй половины коллег, — это всё просто ужасно.

— Тётя, — проговорил коррехидор своим особенным тоном, который действовал на дам словно успокоительное, — поверьте, я ни за что не допущу ничего подобного.

— Хотелось бы верить, Вилли, очень хотелось бы, — пробормотала она.

— Так помогите мне, — улыбка, которая однозначно давала понять, что без помощи госпожи ректора Королевской службе дневной безопасности и ночного покоя, ну, никак, — расскажите нам, за что могли убить госпожу Саюси. Судя по тому, как часто её именуют по прозвищу, её у вас не особенно жаловали.

— Рона была сложной персоной, — покачала головой госпожа Докэру, — мы проработали бок о бобок около двадцати лет. Она сочетала в себе немало бесспорно хороших качеств, но при этом могла раздражать до безумия. Добавь сюда частые перемены в настроении, несдержанность на язык, прямолинейность до твердолобости, и ты примерно представишь, почему Сюсю не пользовалась всеобщей любовью.

— А не происходило в последнее время чего-нибудь из ряда вон выходящего?

— Как будто двух убийств тебе мало? — со строго отмеренными слезами в голосе проговорила тётка, — какие события более из ряда вон?