Читаем Кленовые тайны полностью

— На Кензи тратить время, действительно, не стоит, — тоном светской львицы, отсылающей бесполезную горничную, заявляет моя начальница, — в вот пути попадания коньяка на территорию вверенного мне учебного заведения проследите и пресеките малейшие возможности повторения подобных безобразий впредь. То же самое касается табака. Курение — вредоносная привычка, и мы, заботясь о здоровье молодых подданных Артанского королевства, должны всеми силами бороться с любыми её проявлениями. Решительно бороться! Это я ещё не касалась ночных вылазок! В мою бытность студенткой мы шагу боялись ступить после отбоя. А теперь что? Парни и девушки ходят на свидания, невозбранно поднимаются на Астрономическую башню, выпивают и курят! Не ровен час, понесёт кто. Такого позора на свои седины я не переживу. Итак, — она многозначительно постучала карандашом по столу, — спиртное, папиросы, и прочие нарушения дисциплины строжайше пресечь. Организуйте ночные дежурства среди преподавателей с целью укрепления порядка. График дежурств подадите мне к концу рабочего дня. Пути доставок на территорию института неразрешённых вещей искоренить на корню. Виновных ко мне. На всё — про всё даю вам неделю. Это приказ. В случае невыполнения на вас, Саюси, будет наложено взыскание.

— Слушаюсь, миледи, — кланяюсь, хотя готова лопнуть от злости, — ваше приказание будет исполнено с надлежащим старанием и в установленные вами сроки, — снова кланяюсь.

Ну, наконец-то, очки сняла. Видать, успокоилась немного.

— Ступайте. Станете докладывать о результатах каждый день.

— Благодарю за доверие, можете на меня положиться.

И за дверь, скорее за дверь. Нето она заметит возмущение и злость, что бушуют у меня внутри. Как же раздражает высокомерие древесно-рождённых! Были бы у меня деньги, я бы ни денёчка в этом гадючнике не задержалась. Помыкают, приказывают, а благодарности никакой. На словах я — «заместитель ректора», а на деле — прислуга прислугой. Ну, в первую очередь нужно успокоиться, успокоиться и за дело. Иду в свою комнату, ставлю на огонь кофейник. Хорошо ещё, что в выходные бренди прикупила. Не даром же народная мудрость гласит: «Что могут ка́ми, не можем сами!» Мы всё же — не ваши сопливые студентики, и что пить, когда, где и с кем, решаем самостоятельно, и ничьего позволения нам для этого не требуется. Вот так-то, госпожа Докэру. Щедро наливаю бренди. Всё, пускай весь мир катится куда подальше, я должна отдохнуть. Люблю обжигающий кофе. Никогда не понимала людей, что дуют на чай или хуже того, оскверняют божественный напиток, доливая ледяную воду. Полагаю, в аду для них отдельное местечко заготовлено. Вроде бы полегчало. Вторую чашку для закрепления успеха. Отлично. Можно думать теперь, каким образом решить наши проблемы. Сначала сверну всю свою деятельность. Никаких больше проносов запрещёнки за плату, никаких платных поблажек по уборке и порядку в комнатах. И внешний вид. Окари с третьего этажа вообще в балахоне с куриными костями щеголяет, хорошо, что ректоресса её в таком виде не застала. Дворнику А́ксону самое строжайшее внушение сделаю, пускай тоже на пару-тройку недель заляжет на дно и всё спиртное вкупе с табаком на входе изымает. И чтоб никаких исключений! Никому. Да, придётся фиксировать убытки, но без этого никак. Рона Саюси должна быть кристально чиста и всегда быть выше подозрений. Вот только, — где-то в глубине души заворочалось сожаление: моя крашеная сволочь снова просила пронести в общежитие «сумочку с гостинцами из деревни». Уж не знаю, что такого присылают родичи, только пронос такой «сумочки» на пять манов каждый разочек тянет, почитай, половина рё. Но самое скверное, что эта самая половина рё уже мне уплачена и потрачена. Заикнусь, что пронос откладывается до другого, более удобного раза, денежки ворочать придётся. А этого, ой, как не хочется. Попробую припугнуть, тут крашеные волосы в самый раз будут. Да и остальных крашеных за компанию. Прямо с лекции что ли виновников торжества выцепить? Пускай сразу почувствуют, что разговор у нам предстоит нелицеприятный, а чем больше волнения в сердце, тем проще воздействовать человека, в чьём сердце это самое волнение угнездилось. Дольку лимона, чтобы не дай боги, кто-нибудь бренди унюхает!