Читаем Китай полностью

Июль перетек в август, дни тянулись медленно. Для Трейдера это было странное, почти нереальное время. Перемирие сохранялось, но все было не так однозначно. Обе стороны восстанавливали свою защиту. Однако Трейдер заметил, что на восточной стороне посольства, за Фу, китайские солдаты чинили баррикады без особой убежденности, а на западной стороне, за монгольским рынком, императорские солдаты тоже были заняты укреплением редутов, словно ждали начала боя со дня на день и, судя по угрюмому виду, были бы рады этому.

Разве это не иллюстрация к существованию двух разных фракций в Запретном городе? Возможно.

Теперь у них появились определенные новости о подкреплении. Войска движутся вдоль канала в сторону города. Но солдаты взяли с собой пушки, а лодок не хватает, а потому они двигаются медленно, но прибудут через неделю, максимум через десять дней. Главной проблемой оставалась нехватка продовольствия. Из Цзунли ямыня присылали корзины с фруктами, мелкие торговцы приходили на площадь рядом с Посольским кварталом, принося яйца и цыплят, но запасы основных продуктов питания начали истощаться.

– Мы просто должны поддерживать свой дух и тело, пока наши не прибудут, – заметила Эмили.

Им было скучно, и время от времени они стали стрелять из-за баррикады по противнику. Пока ничего страшного, подумал Трейдер.

Как-то раз солнечным августовским утром они с Томом решили вместе прогуляться.

– Мы проверим защиту, – сообщил он Эмили с улыбкой.

– Будьте осторожны, – предупредила она.

– Ну конечно! – ответил он.

В тот день Трейдер был вполне доволен собой. Хотя он все еще ходил с тростью, его состояние значительно улучшилось. Он мог переносить на пострадавшую ногу весь свой вес. Когда они тронулись в путь, Трейдер с удивлением заметил, что у внука, как обычно, в кармане мяч для крикета.

– Мы не будем играть в крикет, – заметил он.

Мальчик никак не отреагировал, и Трейдер снисходительно улыбнулся, мысленно сказав себе, что это все равно не имеет значения, и повел внука к первой точке. Трейдер осторожно поднялся по каменным ступеням к широкому парапету городской стены. Не хотелось снова споткнуться и упасть, с прошлого раза прошло совсем немного времени. Подъем дался достаточно легко. Если Трейдер и поморщился пару раз, Том этого не заметил.

Несколько минут они любовались видами, а затем вернулись в британское посольство и прошли по территории до его северной оконечности. С момента объявления перемирия стену между посольством и сгоревшей китайской библиотекой значительно укрепили со стороны дипломатической миссии.

– Китайцам придется потрудиться, чтобы прорваться к нам, – заметил Трейдер, – если они попытаются снова.

Действительно, то место, где они стояли, напоминало обнесенный стеной мирный сад, подумал он. Они уже собирались идти дальше, когда Том потянул Трейдера за рукав.

– Дедушка, ты слышал звук? – прошептал он.

– Какой? – Для человека его возраста Трейдер обладал отменным слухом, но вынужден был признаться: – Я ничего не слышал.

Том стоял неподвижно, сосредоточившись, а Трейдер ждал.

– Очень тихий. Где-то под землей. Как будто кто-то скребется.

– Уверен?

– Да, – кивнул Том.

– Черт! – выругался Трейдер. – Должно быть, они снова делают подкоп. Вот вам и перемирие.

– Дедушка, нам нужно сообщить посланнику?

– Вне всякого сомнения! Я скажу Макдональду, как только мы вернемся.

Они могли бы пойти прямо в резиденцию, но, возвращаясь вдоль западной стены посольства, встретили солдата, несущего маленького цыпленка.

– Где ты это взял? – спросил Трейдер.

– На монгольском рынке. Торгуют с нескольких прилавков.

– Дедушка, давай купим что-нибудь для мамы! – закричал Том.

– Не знаю, – ответил Трейдер. – Мы не должны этого делать. Комитет по продовольствию попросил сдавать еду в общее пользование, пока осада не закончится.

– Может, просто яиц? – предложил Том.

Трейдер ничего не ответил. Но они пошли в переулок, который вел к монгольскому рынку, и заглянули туда.

В центре маленькой площади стояло полдюжины прилавков. Скуластые, обветренные лица монгольских торговцев выглядели странно безразличными, как бы говоря: «Мы принадлежим степи. Ваши размолвки не имеют к нам никакого отношения».

Монголы продавали яйца, цыплят, какие-то сладости, ничего особо аппетитного. Но это была еда.

Трейдер обшарил взглядом невысокие здания на дальнем конце рынка. Могут ли там спрятаться стрелки? Тот парень с цыпленком не упоминал ни о каких проблемах. Трейдер просто жалел, что они тут одни.

Их заметила старая монголка. Она взяла корзину и, слегка наклонив ее, чтобы продемонстрировать лежавшие в ней яйца, направилась к ним, но остановилась в нескольких футах и махнула рукой: мол, если они пойдут следом, то она предложит им кое-что получше. У прилавка стоял мужчина средних лет, возможно ее сын, он держал за шею тощую курицу, которая слабо хлопала крыльями. Он поманил их, и старуха жестом предложила им идти рядом с ней, словно могла обеспечить их безопасность по дороге к прилавку.

Том с нетерпением вскинул голову.

– Дедушка, давай пойдем с ней! Можно? – умолял он.

– Наверное, – пробормотал Трейдер.