Читаем Кислород полностью

Больше всего ей нравится читать о том, что называется интернет-революцией. Она еще не разобралась, что это такое, но знает, что люди сходят с ума по этому самому интернету. Некоторые говорят: это сиюминутная мода. Другие клянутся, что мир уже никогда не будет прежним. Появляются новые слова: браузер, сервер, дисплей, электронная почта… У Лауры голова трещит от напряжения, но она никак не может уяснить себе, что такое «контент 2.0.com». То же самое с мобильными телефонами: SMS, GSM, WAP, роуминг, передача данных… Происходит что-то важное, а не просто стрельба и резня. Читать «Мастера и Маргариту», узнавать о новых приключениях Гарри Поттера по-прежнему увлекательно, но в реальном мире сейчас совершается настоящий переворот, а она имеет об этом лишь отдаленное представление. Ей нужно больше. Однажды, когда он собирается уходить, Лаура произносит: «Мне нужен компьютер».

И в последний момент – он уже закончил еженедельную уборку и взялся за сумку с грязным бельем – Лаура говорит: «Прошлой ночью я стала другой».

От этих слов он кашлянул, будто у него что-то застряло в горле. Потом закрыл за собой дверь.

Кабель, к которому подключена лампа, оборвался. В первую минуту Лаура решила, что теперь навсегда останется в темноте, а ее исследованию по Австралии не суждено завершиться. Но появились еще один провод и тройник. Затем он внес три здоровенные коробки.

Все было смонтировано быстро: системный блок, монитор, клавиатура. И еще небольшое устройство, которое по-английски и по-итальянски называется одним и тем же словом: mouse, мышь.

С этим подобием телевизора железный ящик преобразился. Он вдруг стал похож на кабину космического корабля. Лаура смотрит на оборудование, не прикасаясь к нему. Она знает, что такое бит, понимает принцип действия двоичного кода. Когда она читала эссе Вэнивара Буша про «мемекс», ей казалось, что это научная фантастика, а теперь все это здесь, перед ней, и весит какой-нибудь десяток килограммов, тогда как в эпоху Буша электронно-счетная машина занимала целый шкаф или даже целую комнату. Аппаратное обеспечение – так оно называется. Лаура перелистывает инструкцию, и ей кажется, будто она читает в чьей-то душе. У компьютера душа называется программным обеспечением.

Операционная система, директория, язык программирования, графический интерфейс пользователя. Гибкие диски, CD-ROM. Она разгадала послание, отправленное ей, как обычно, без слов: отныне указания будут поступать на этих носителях. Тетрадок больше не будет. Теперь вместо книг Лаура получает плоские коробочки с серебристыми дисками, которые видела раньше на страницах газет и журналов. Смотрится в них, как в зеркальца, и не узнает себя: она стала похожа на мальчика, особенно теперь, когда в очередной раз остригла волосы.

В системном блоке есть даже отверстие для наушников; плеер вроде бы уже и не нужен, разве что для радио. Кроме английского и французского придется учить еще один язык – он называется DOS: задаешь компьютеру вопрос, и он выдает тебе информацию. Лаура сообщает об этом Мартине: «Мы больше не одни». Кукла смотрит на нее блестящими глазами.

Кликнешь на DIR – и перед тобой откроется каталог файлов. Нажмешь на SET – и команда cmd.exe обеспечит поиск. Иногда компьютер отказывается выполнить запрос и предлагает его уточнить. «Мы в состоянии давать более точные запросы», – говорит Мартина. Потому что уметь спрашивать – это важно. Это определяет тебя. Это признак индивидуальности.

Одиночество на минном поле пожирает ее дни. Часы превращаются в минуты. «Следующую часть», – вслух произносит Лаура, и страницы инструкции напластовываются друг на друга, но на экране все никак не появится «Извлечение троих». Но она уже научилась действовать курсором, словно это продолжение руки.

Писать изложения и сочинения в текстовом файле удобно, у тебя сразу получается настоящая страница, как в печатной книге. Ее первый опыт – очерк о затерянном племени индейцев в Амазонии. Это кажется невозможным, но на свете существуют люди, которые не ведут счет времени. Лаура завидует им. У них нет никаких приспособлений, выполняющих функцию часов. Племя называется амондава. Их обнаружили в 1986 году, среди бескрайней амазонской сельвы, в самом сердце Бразилии. Люди, для которых годы и месяцы проходят незаметно. В их языке только четыре числа, и этого им вполне достаточно. Для них имеют значение лишь два понятия: дождь и хорошая погода. Ни дней рождения, ни памятных дат. В первой половине жизни у человека одно имя, в следующей – другое. Однажды вождя племени попросили подыскать аналог понятию «время» на его языке. «Солнце», – был его ответ.