Читаем Киевский лабиринт полностью

Зал аплодировал неистово. На маленькую сцену посыпались цветы. Кто-то бросил золотое кольцо, завернутое в сторублевку.

У ширмы того же самого кабинета, что и несколько дней назад, сидел молодой человек со стрижкой а‑ля бокс, в темном костюме и черном галстуке. Всем своим видом он напоминал провинившегося гимназиста, которого отчитывал строгий отец. Но «родитель» находился по другую сторону плотной занавески, и потому обладатель галстучной заколки с фальшивым рубином не мог его видеть.

– Послушайте, милостивый государь, вы совершаете одну ошибку за другой. Я устал от вашего безрассудства.

– Простите, не понял-с?..

– Вот скажите, зачем вы напечатали эти дурацкие визитные карточки? Кого вы хотели удивить? А что теперь? Завтра барон пойдет на Вознесенский спуск и легко выяснит в адресном столе по номеру указанного телефона, где вы обитаете. А еще хуже, если он вместо этого отправится в полицию и обо всем там расскажет.

– Нет, не пойдет.

– Это почему?

– Он мне поверил.

– Сегодня поверил, а завтра разуверится. Сам факт того, что вы почувствовали за собой слежку, уже говорит о наличии серьезной опасности. Так что, дорогой мой, надо исправлять свои ошибки. И сделать это вы должны сегодня.

– Да, но уже поздно.

– Позвоните ему и скажите, что надобно срочно встретиться. Сообщите, что у вас есть для него очень важные сведения. Мне ли вас учить?

– А если он откажется выйти?

– Тогда придется сделать это завтра. Лучше в первой половине дня.

– Каким образом я должен его убрать? Где и как это будет происходить?

– Назовете адрес на Подоле, по которому якобы можно найти любовника его покойной жены. Запомните: улица Сретенская, дом двадцать три. Скажете, что раздобыли адрес у одной своей пассии, бывшей подруги баронессы, и узнали об этом совершенно случайно. Когда он въедет во двор, выйдет к вам из машины, заведите его за каретный сарай. Выберите нужный момент и ударьте по голове молотком. Орудие убийства приготовьте и спрячьте заранее. Метить нужно в висок. Я буду рядом и в случае надобности подстрахую вас. Да, прихватите с собой бутылку водки. Вы, кстати, умеете управлять автомобилем?

– Нет.

– Плохо. Опять мне придется за вас отдуваться, как тогда в гостинице.

– А что дальше?

– А дальше… посадите труп за руль, вольете ему в рот немного водки и скроетесь. Боюсь, барон мог кому-нибудь о вас проболтаться. И не исключено, что вы уже числитесь в полицейском розыске… А я тем временем устрою в городе небольшой развлекательный аттракцион: горящий автомобиль на одной из киевских улиц. Выберу ту, которая мне больше приглянется.

– Хорошо бы, если б барон согласился на встречу вечером.

– О! Это было бы замечательно! Ночью фейерверк смотрится интереснее. Да и риски значительно уменьшаются. Но будем исходить из реальности. Главное, заинтригуйте его, скажите, что надо ехать именно сейчас. Однако сильно не настаивайте. Если почувствуете, что он вас боится, то смело переносите встречу на завтрашнее утро. Ведите себя как обычно. Поделитесь с ним каким-нибудь анекдотом или смешным случаем. Он должен успокоиться. Ясно?

– Я все понял.

– Тогда звоните ему прямо сейчас. Телефон в вестибюле. Только съешьте хоть пару ложек салата. А то официанты вас не поймут. Ходит-ходит, не ест, не пьет, только разговаривает сам с собой. Глядишь, и в полицию донесут. Вам, должно быть, известно, что халдеи – первые полицейские сексоты? Да что я вас учу… – Человек за ширмой хохотнул. – Вы же известный уголовник и должны это знать лучше меня. Так что ступайте, я жду от вас вестей.

2 июня 1916 г., четверг

В полдень барон у дома Могилевского не появился. Не было его и через час. Звонки на домашний телефон остались без ответа. Предчувствуя неладное, Ардашев направился по адресу, указанному на его визитной карточке. Извозчик остановился перед трехэтажным особняком на Миллионной улице. Машины барона не было. Клим велел вознице дожидаться, а сам поднялся на третий этаж и нажал на кнопку электрического звонка. Дверь открылась. В проеме возникла толстая баба лет сорока пяти, весьма неприятного вида, то ли горничная, то ли кухарка. Осмотрев Ардашева с ног до головы, она спросила:

– Что вам угодно, сударь?

– Я хотел бы увидеть господина Красицкого.