Читаем Хуррит 3 полностью

В случившемся была частично моя вина: я убедил Этаби использовать стремена. И когда змея напала на лошадь хуррита, он просто не успел с неё соскочить, когда она повалилась на камни. Всей своей массой животное навалилось на Этаби, чья нога застряла и оказалась на крупном камне в момент падения.

— Пойду, проведаю его, — оставив Аду, зашёл к Этаби, на груди которого беззвучно плакала Тахарис. Их малыш, не понимая трагедии, спокойно копошился в углу шатра.

— Арт, скажи этой глупой женщине, что я ещё живой и ей не удастся выйти за другого, — пошутил Этаби, немного отошедший от боли.

— Как ты, брат, —присев рядом, сжал его плечо, — не будь этих проклятых стремян, ты успел бы соскочить.

— Нет, не будь стремян, нашлась бы другая причина, — Этаби улыбнулся, — только Тешуб знает, кого наказать и кого забрать к себе. Видимо, я недостоин его, раз он меня пощадил.

Тахарис махнула слёзы и отошла в сторону, чтобы не мешать нашему разговору.

— Арт, Ада сказала, что мне даже в повозке нельзя ехать.

— Это так, — подтвердил слова жены, — повозка будет трясти и кость не срастётся несмотря на все её усилия.

— Но нам надо ехать, — хуррит закрыл глаза, желваки на его лице выдавали напряжение.

— Подождём, пока тебе не станет лучше, сейчас, главное, чтобы ты поправился. А земли моего народа никуда не денутся. Тахарис, если что-нибудь будет нужно, сразу говори мне.

Супруга Этаби лишь кивнула, благодарно сложив руки на груди.

Случившееся взбудоражило караван: Этаби любили, с ним считались. Снаружи ждала целая толпа желающих проведать моего друга. Понимая, что все запреты бесполезны, молча прошёл мимо, направляясь к реке.

Несчастный случай ломал все мои планы: лето было в разгаре, а мне надо было успеть дойти до Дона и построить жилища. Расчистить площади под будущие посевы, организовать частокол вокруг поселения для защиты от непрошенных гостей и диких животных. Если ждать выздоровления Этаби, мы продолжим путь не раньше, чем через месяц в лучшем случае. Этот потерянный месяц мог дорого сказаться — я понятия не имел, какая зима нас ожидает. Перезимовать в этом месте означало осесть навсегда — трудно будет убедить людей вновь сниматься с насиженного места. Уже сейчас, подавляющее большинство в караване изъявляло желание осесть в этом месте. С каждым днём таких будет больше и больше. И, в конце концов, останусь я с одним Саленко да парой наиболее преданных воинов.

Мне была противна сама такая мысль, но иного выхода не видел. Следовало продолжить путь, оставив Этаби вместе с теми, кто хотел осесть в этом месте. Некоторые хурриты уже начали обустраивать свои временные жилища, не довольствуясь повозками и навесами из тканей.

На берегу просидел долго, убеждаясь в необходимости продолжить свой путь на северо-запад. Вечером, позвал к себе Шулима, Берди и Ахбухча. Кроме них на ужине присутствовал Саленко с женой и своим туземцем-леком.

— Этаби не сможет продолжать путь, Ада говорит, что его нельзя везти даже на повозке. У нас два варианта — остаться здесь, пока ему не станет лучше, или продолжить путь. Пусть каждый скажет своё мнение.

— Выздоровление может затянуться, — осторожно начал археолог, — если мы здесь задержимся, то потом мало кто захочет идти дальше. Места эти богаты животными, дичью и рыбой. Есть лес, можно строить срубы, тем более что инструменты у нас есть.

— Говори прямо, — перебила Ада археолога, — что ты виляешь вокруг да около.

— Я за то, чтобы продолжить путь, — закончил Саленко и надулся, став, похожим на филина.

Ада без обиняков высказалась за путь на север, объяснив своё желание именно особенностями местной реки.

— На этой реке не построишь причала, не поставишь сети, рыбу ловить трудно. Дон или Днепр полны рыбы, можно прожить даже без охоты. Да и бельё постирать, сделать баньку куда проще. Здесь течение сильное, полезешь купаться, тебя унесёт. Я за то, чтобы продолжить путь, — заключила жена.

Ахбухч и Берди уклонились от прямого ответа, заявив, что как я решу — так они и сделают.

— Разве мы не можем вернуться следующей весной и забрать к себе остальных? — Шулим ждал от меня ответа.

— Можем, — хуррит улыбнулся на мои слова, — продолжим путь, а весной вернёмся, или Этаби сам придёт к нам с людьми.