— О, боже, Брин, — он мгновенье просто стоял и смотрел на меня, а потом, наконец, бросил меч и подбежал ко мне.

— Ивер? — позвала мама с лестницы. — Ивер? Все в порядке?

— Руна, спустись сюда, — ответил папа, сжимая меня в медвежьих объятиях, я даже подумала, что он сломает меня. Но обняла его в ответ также сильно.

— Ивер? — насторожено спросила мама, но затем, видимо увидела меня, потому что я услышала ее вздох.

Когда она подошла ко мне, то уже плакала, и я освободила одну руку, чтобы притянуть ее в объятия.

— О, Брин, мы не верили, что когда-нибудь снова увидим тебя, — сказала она между всхлипами.

— Знаю, знаю, — я наконец оторвалась от них. — Я люблю вас и тоже по вам скучала. Но мы можем поговорить об этом позже. Прямо сейчас мы должны убираться отсюда.

Мама кивнула, вытирая глаза:

— У меня сумка собрана. Мы ждали шанса убежать. Просто дай мне переодеться.

Глава 61. Освобождение

Выбраться из дома родителей было гораздо проще, чем войти. У меня не было ключей, поэтому мне пришлось вламываться, а сейчас мы могли спокойно выйти через черный ход.

За домом был очень маленький двор — узкая полоска замерзшей травы, разделенная старыми деревянными заборчиками. Летом моя мама разводила там сад, а некоторые соседи держали кур.

Большинство заборов невысокие, что было к лучшему, так как папа испытывал затруднения, перепрыгивая через них. Отец был больше интеллектуалом, а мама гораздо больше него занималась легкой атлетикой, поэтому не испытывала проблем, перепрыгивая через заборы.

Мы шли через дворы, пока не нашли два дома, между которыми было достаточное расстояние для прохода. Между некоторыми домами расстояние составляло в дюйм, но тут было несколько футов. Проходить было все-таки трудно, особенно мне с рюкзаком моих родителей, но это было гораздо легче, чем через проход, который я использовала ранее.

Оттуда было несколько безумных перебежек по улицам, когда охранники не смотрели, и прятки во всех доступных местах. Я вела маму и папу по кладбищу между надгробных камней, и, когда подошла ближе к нашему выходу, увидела, что Финн опередил нас.

Он помогал матери спускаться через открытый люк. В люке не было лестницы, поэтому приходилось просто падать восемь футов до пола. Он держал Аннали за руки и медленно опускал ее в руки отца, который взял за талию и аккуратно поставил на землю.

Я заглянула в люк, обрадованная возможностью увидеть Эмбер после столь долгой разлуки, но ее явно не было там. В тоннеле ждали только родители Финна.

— Где Эмбер? — прошептала я.

— Она не пошла, — тихо проворчал он.

— Что значит, она не пошла? — надавила я.

Финн тяжело посмотрел на меня:

— Я не собираюсь снова проходить через это. Мне с трудом удалось уговорить родителей уйти без нее, сказав, что внуки нуждаются в них. Эмбер отказалась уходить, вот и все.

Это, видимо, было все, что можно было сказать по этому поводу, потому что он присел, схватился за края люка и спрыгнул в коллектор.

Я махнула отцу, чтобы он шел следующим, и Финн со своим отцом помогли ему. Он приземлился с глухим ударом, но он был не плох для своего возраста. Как только он поднялся, я помогла спуститься маме.

Я подождала, пока она не оказалась в безопасности на полу тоннеля. Небо надо мной начало еще больше светлеть, и, хоть я и не могла видеть этого, сидя между могилами, я знала, что на горизонте начало вставать солнце.

Мои родители переодевались и собирали свои вещи дольше, чем мне хотелось бы, но они убегали из дома, в котором провели последние двадцать лет. Я не могла винить их.

— Брин, давай, — сказала мама, поднимая на меня взгляд. — Мы с папой поможем тебе спуститься.

— Я должна вернуться и забрать Эмбер, — сказала я ей. — Идите с Финном и его родителями.

Он отведет вас в лагерь.

— Брин! — мама почти кричала, ее голос дрогнул от отчаяния. — Я не уйду без тебя.

— Мама, иди, — сказала я. — Со мной все будет в порядке. Вы с папой должны добраться в безопасное место.

— Брин, — просяще сказал отец, умоляя меня пойти с ними. Но меня невозможно было переубедить.

— Я должна идти. Я люблю вас, ребята. Берегите себя, — я накрыла люк крышкой, а мама повторила мое имя, но я не осталась, чтобы дослушать.

Как только Эмбер переехала в Дольдастам четыре года назад, она мгновенно стала одной из моих самых близких подруг. Она всегда прикрывала мне спину, даже тогда, когда никто более этого не делал. Поскольку она была на несколько лет младше меня, я всегда считала ее своей младшей сестрой. Я была единственным ребенком, а ее брат жил далеко, поэтому мы стали друг для друга семьей.

Просто не могла оставить ее здесь умирать. Я не знаю, как Финн пытался ее убедить, но я бы тянула Эмбер отсюда, даже пинаясь и вопя, если бы пришлось.

Хорошо, что Эмбер жила в дальней восточной части города, где жили более бедные люди, и охранники не патрулировали столь тщательно. Восточная сторона выходила на залив, а охрана, вероятно, не ожидала нападения с воды.