— Я… — я не знала, что ответить на это.

Это звучало преувеличенно, хотя отчасти было правдой, поэтому сказала:

— Я просто делала то, что считала правильным, сир.

— Очень жаль, что редко можно встретить кого-то, кто делает то, что правильно.

Он посмотрел в сторону двери бального зала. Тонкий луч яркого света пробивался через узкую щель между дверьми в темноту коридора, частично раскрашивая лицо Микко в полоску, когда он заглянул внутрь. Даже в коридоре легко можно было услышать, как Тильда выкрикивает свои команды.

Король, по-видимому, пришел, чтобы посмотреть на тренировку своей новой армии, и его внимание переключилось с меня на этот процесс, и сейчас было идеальное время, чтобы улизнуть. Я могла бы спуститься вниз, выпить воды и остыть.

Но я промедлила, и это заставило его снова оглянуться на меня:

— Я могу для вас что-то сделать, Брин?

— Я хотела сказать, что сожалею о вашем брате, — сказала я наконец.

Он тяжело вздохнул.

— Как и я, — его обычно суровое выражение лица смягчилось, разочарование и печаль исказили его черты. — И мне жаль, что вас втянули в эту неразбериху. Линнея рассказала мне о происшедшем, и я ценю, что вы поступили так благородно.

— Спасибо, — сказала я, ошеломленная тем, что услышала, как Микко благодарит меня за участие в смерти его брата.

— Я на самом деле хотел бы, чтобы Кеннет пришел со своими проблемами ко мне, вместо того, чтобы брать решение вопроса в свои руки. — Он перевел глаза на потолок, и его раздражение сменилось гневом. — Но это все деяния отца. Он всегда говорил, что настоящий мужчина получит все, чего хочет. Кеннет был добрее него, или, по крайней мере, не ощущал влияния отца.

Из того, что я поняла, отец Микко и Кеннета, покойный король Руне, не был хорошим человеком. Моя мама почти назвала его садистом. Он копил сапфиры, позволив дворцу и королевству прийти в упадок. Он больше беспокоился о сохранении своего богатства, чем о благополучии кого-либо, даже своих детей.

Даже после смерти отца, Микко, казалось, боялся отменить его приказы.

Продолжающаяся политика Руне привела к неумелой охране и расколу в королевстве. Это также была одна из причин попытки Кеннета свергнуть Микко.

— Несмотря на все, что Кеннет сделал, я действительно верю, что он любил вас, — сказала я.

Микко опустил глаза:

— Я знаю, что любил. И это делает все еще тяжелее.

— Простите. Я не хотела вас расстраивать.

— Нет. Самое ужасное, что это пошло мне на пользу, — он поднял на меня взгляд, встречаясь со мной глазами впервые с тех пор, как я познакомилась с ним. — Я осознал, что должен выйти из тени своего отца и вступить в свои права.

— Королева Линнея говорила, что видит в вас величие, — сказала я. — Людям нужен сильный лидер, и я думаю, вы можете им стать.

— Скояре — хорошие люди, и они заслуживают сильного короля, — Микко выпрямился. — Я должен стать таким королем для них.

Я улыбнулась.

— Я с нетерпением жду, когда увижу вас в действии.

— Ты можешь оставаться столько, сколько захочешь, — сказал он. — Я понимаю, что в вашем королевстве ужасный беспорядок, но я хочу, чтобы ты знала, что тебе здесь всегда рады. С этого дня твой дом здесь, в Сторваттене.

Из-за угла выскочил слуга, мчась так быстро, что поскользнулся на полу. Он выровнялся и помчался к нам. Едва увидев короля, начал кричать:

— Сир! Сир!

— Что? — Микко повернулся к нему. — В чем дело?

Слуга, задыхаясь, подбежал к нам.

— Они… они послали меня к вам, — он остановился, втягивая воздух. — Возле входа вас ждет армия.

Глава 49. Без предупреждения

Микко собирался отправиться к выходу сам, но я бросилась в бальный зал и вытащила Бальтзара и Ридли. Я не собиралась позволить королю совершить самоубийство сразу после того, как Скояре его вернули.

Константин с Тильдой остались с войсками, приготовившись командовать, если понадобится. Была надежда на то, что раз армия подошла к двери, значит, они хотели поговорить с Микко. Может быть, ему даже удастся отговорить их от сражения и прийти к какому-нибудь компромиссу.

Это казалось маловероятным, но в данный момент это была наша единственная надежда, чтобы избежать массового кровопролития.

Прежде чем я ушла, последовав с Ридли и Бальтзаром за королем, Константин схватил меня за руку.

— Не оставляй короля с ней наедине, — предупредил он тихим голосом, подразумевая Мину. — Она убьет его в ту же секунду, как только ей представится шанс.

— Не оставлю! — Я повернулась, чтобы уйти, но, так как Константин продолжал держать меня за руку, оглянулась на него.

— Будь осторожна, — сказал он и, наконец, отпустил меня.

Я выбежала вслед за королем. Он, Ридли и Бальтзар быстро и целенаправленно шли в сторону ворот. Бальтзар разговаривал с Микко, рассказывая ему, что он должен делать и говорить, и какой ответ должен дать, исходя из отчета командира армии.

— Что мы должны делать? — спросила я Ридли приглушенным голосом, когда зашагала рядом с ним.

— Постарайся не дать убить короля и не быть убитой самой, — он опустил взгляд на меня. — Это лучший совет, который у меня есть.