Читаем Хронография полностью

Этот праздник учредил Ром, чтобы смыть бесчестье, которым его запятнали римляне, враждебные ему и ненавидевшие его, наносившие ему оскорбления, и не считавшие его достойным царствования. Они почитали его ничтожеством, так как он вместе со своим братом взращен был чужими людьми [P. 180], и от младенчества до самого того времени, когда начал царствовать, жил на чужой счет. Ибо известно было, что он был воспитан у крестьянина Фауста[598] и его жены Ликайны за их счет. А у римлян, как и вообще у древних народов, считалось зазорным быть вскормленным чужим хлебом. Вот почему на пиршества, называемые philika (дружеские встречи), каждый участник приносил с собой еду и питье, чтобы употребить сообща. Этой едой они сохраняют до настоящих дней древний обычай, чтобы не быть прозванными чужеядцами. По этой именно причине, чтобы смыть с себя оскорбление, этот род пиршеств и установил Ром, и назвал на латинском языке брумалий[599]. Это передал ученейший римский хронограф Лициний.

8. После братьев Рома и Рема правили шесть других царей в Риме до Тарквиния Гордого, [царствовавшего] несправедливо. Он был седьмым царем Рима после построения города. Власть же была отнята у него [силой].

Во время его правления жила Кумская Сивилла, пророчица.

9. У Тарквиния был сын по имени Аррунс, который был причиной его изгнания из царства, и Тарквиниев сын Аррунс сам проявил насилие к Лукреции, которая была из сенаторского рода, и изнасиловал ее; она, будучи целомудренной, покончила с собой, и великая гражданская война [P. 181] вспыхнула в Риме, и продолжалась в течение многих лет, и многие люди были убиты, как узнал Сервий, римский писатель, и написал об этом.

Тарквиний был изгнан из царства следующим образом. Когда война была начата против Рима племенем, называвшимся ардены, царь Тарквиний собрал силы и пошел на войну на землю арденов. Его враги, сенаторы Брут, который был дядя Лукреции[600], и Коллатин[601], ее муж, нашли возможность составить заговор против него. К ним присоединились остальные сенаторы и все граждане, в попытке изгнать его с трона. Они убедили войска, именовавшиеся целеранами, который охраняли дворец и город Рим и были очень ожесточенны в бою, присоединиться к ним и не поддерживать царя Тарквиния в будущем, когда он вернется в Рим. Когда Тарквиний узнал то, что задумали против него сенат, армия и народ, он также[602] послал склонить к измене сына Брута, который был другом и молодым сверстником своего сына Аррунса. Молодого человека удалось уговорить согласиться, что когда Тарквиний нападет на Рим, он предаст город и убьет своего отца Брута. Виндиций, раб Брута, который присутствовал при его сыне, узнал об этом и тайно сообщил[603] своему хозяину Бруту о заговоре, который собирается осуществить против него его же сын[604]. Как только Брут услышал про это, [P. 182] он арестовал своего сына и, рассматривая его дело на глазах у всех на форуме в Риме, заставил его раскрыть то, что замышляли они с Тарквинием. Он признался отцу, что он заключил предательский сговор с Тарквинием; Брут сразу приговорил своего сына к смерти. Тогда весь римский сенат собрался и низложил Тарквиния с престола, утвердив его низложение в письменной форме. Тогда в первую очередь они установили выборы двух консулов для управления римским государством. Они выбрали Брута Великого и Коллатина, мужа Лукреции, которые были назначены в качестве вождей после специальной проверки. Они тоже решили, что отныне не должно быть никаких царей в Риме и написали войску, которое было с Тарквинием, говоря воинам, чтобы они дезертировали, что они сразу же и сделали.

Как только Брут был назначен консулом, он сразу же выставил своего раба Виндиция перед сенатом и народом, чтобы выразить свою благодарность, потому что он сохранил верность своему хозяину[605]. Было отмечено торжественное празднество в честь справедливости и, сидя на высоком трибунале, он поднял Виндиция на высокую должность перед собой. Он протянул ему правую руку и ударил его три раза по щеке ладонью его руки и закричал: «Ты сбросил свою судьбу в качестве раба, Виндиций, и ты сбросил ее иго: надень нагрудник из римской свободы на остальную часть твоей жизни». Он взял золотую серьгу своей собственной рукой и возложил ее на правую руку Винди-ция, дав ему звание комита и долю собственного [P. 183] богатства. Он назвал этот день праздником Консилия[606], что означает день благодарения. Он приказал тем, кто был назначен им в качестве консульских губернаторов провинций, праздновать этот день каждый год в священном посте и фестиваль справедливости в память о победе над Таркви-нием и заслуженной Виндицием свободе, с тем, чтобы поощрять других слуг везде быть хорошо настроенными по отношению к своим хозяевам и быть достойными той же свободы и чести. Г убернаторы консульского ранга и по сей день празднуют эти Консилии с должной торжественностью. Сведущий Ливий и многие другие писали об этом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Занимательные истории
Занимательные истории

В истории французской литературы XVII в. имя Таллемана де Рео занимает особое место. Оно довольно часто встречается и в современных ему мемуарах, и в исторических сочинениях, посвященных XVII в. Его «Занимательные истории», рисующие жизнь французского общества эпохи Генриха IV и Людовика XIII, наряду с другими мемуарами этого времени послужили источником для нескольких исторических романов эпохи французского романтизма, в частности, для «Трех мушкетеров» А. Дюма.Относясь несомненно к мемуарному жанру, «Занимательные истории» отличаются, однако, от мемуаров Ларошфуко, кардинала де Реца или Сен-Симона. То были люди, принадлежавшие к верхним слоям потомственной аристократии и непосредственно участвовавшие в событиях, которые они в исторической последовательности воспроизводили в своих воспоминаниях, стремясь подвести какие-то итоги, доказать справедливость своих взглядов, опровергнуть своих политических врагов.Таллеман де Рео был фигурой иного масштаба и иного социального облика. Выходец из буржуазных кругов, отказавшийся от какой-либо служебной карьеры, литератор, никогда не бывавший при дворе, Таллеман был связан дружескими отношениями с множеством самых различных людей своего времени. Наблюдательный и любопытный, он, по меткому выражению Сент-Бева, рожден был «анекдотистом». В своих воспоминаниях он воссоздавал не только то, что видел сам, но и то, что слышал от других, широко используя и предоставленные ему письменные источники, и изустные рассказы современников, и охотно фиксируя имевшие в то время хождение различного рода слухи и толки.«Занимательные истории» Таллемана де Рео являются ценным историческим источником, который не может обойти ни один ученый, занимающийся французской историей и литературой XVII в.; недаром в знаменитом французском словаре «Большой Ларусс» ссылки на Таллемана встречаются почти в каждой статье, касающейся этой эпохи.Написанная в конце семнадцатого столетия, открытая в начале девятнадцатого, но по-настоящему оцененная лишь в середине двадцатого, книга Таллемана в наши дни стала предметом подлинного научного изучения — не только как исторический, но и как литературный памятник.

Жедеон Таллеман де Рео , Рео Жедеон де Таллеман

Биографии и Мемуары / Европейская старинная литература / Документальное / Древние книги