Читаем Хроника Путинизма полностью

Но продолжим нашу экскурсию по кокаиновой столице: клубы «Конюшенный двор» и «Доменикос» (уже давно обе точки закрылись) мы прошли, в Михайловский театр, где Кехман трудился в должности директора тоже заходили, а теперь прогуляемся по набережной Фонтанки, где когда-то был офис Ромы Цепова (и сейчас там все тот же «Балтик-Эскорт») и дом, где когда-то жил принц-лимон-банан Кеха по соседству с Шабтаем Калмановичем, человеком, которого называют агентом СВР, Моссада и еще каких-то контор, последним, кто видел живым Анатолия Собчака в день его смерти. Говорят, правда, что там были еще свидетельницы, но это уже не принципиально: ситуацию контролировал Шабтай. Он нам об этом уже не расскажет, в 2009 году его расстреляли в собственном мерсе. Хотя он мог бы много интересного поведать про то, как создавался преступный мир новой России, про Япончика, Тайванчика, про Кобзона, Нарусову, Союзконтаркт, про те самые поставки стратегического сырья в обмен на «ножки Буша», которые так не понравились олдскульному генералитету гэбухи, что те даже придумали способ натравить на Собчака и Путина бабушку Марину Салье, сумевшую типа провести депутатское расследование, запросив котировки гонконгской биржи и сравнив их с ценами Смольного. Ну и про Собчака, конечно, его охрану, да и про Путина. Особенно про Цепова. Но вот тут незадача: про него мы и так все знаем. А вот про охрану надо сказать отдельно. Золотов — не потребитель кокаина, он ведь не Натан Дубовицикй какой-то! Но любая безопасность, любая охрана первых лиц — это в первую очередь не люди в черном со спирохетами раций в ушах, это — информация! Никакого серьезного покушения на жизнь охраняемых лиц не может быть без организаций, интеллектуальной работы и денег. Задача ФСО — выявлять потенциальных врагов охраняемых ими товарищей, обнаружить тех, кому выгодно физическое устранение и обнаружить интеллектуальную активность и сбор средств. А для этого нужно взять под контроль три вещи: трафик оружия (включая не только стреляющее или режущее, но и яды, радиоактивные вещества, биопрепараты), обналичку, контрабанду и оборот наркотиков. Владея схемами, легко и просто владеть всей картиной происходящего. А для этого нужна агентура. И самый простой способ осознавать картину — не препятствовать обороту, но не допускать легализации или смягчения режима. Теперь вы понимаете, почему в начале нулевых, когда Путин стал президентом, налоговая полиция была преобразована в Госнаркоконтроль и почему в РФ основная масса зеков — осужденные по наркоте мельчайшие дилеры. И почему среди операций всех спецслужб почти нет случаев задержания кокаинщиков.

“…дилер деньги не трогает, клиент их просто кладет в бардачок, на упаковке тоже ничего — у дилера руки обработаны силиконовым кремом. Да и в кармане у него удостоверение либо фельдъегеря ГРУ, либо офицера РУБОПа. Причем вовсе не поддельное, настоящее. С правом ношения оружия…

ТОРЧКИ И ТОЧКИ