Может, уже и в тебе. И ты уже сам опасен для своих близких. И всё, что ты можешь, – это сидеть дома. Но сколько так мы все сможем сидеть? А если два месяца? А если три, то что мы будем есть? На что жить? Мысли просто душили его…

Включил телевизор. Уже не было никаких сил смотреть на весь этот паноптикум, но он включил. Через десять минут пальцы устали щёлкать пультом с программы на программу, нарезая круги по эфиру. Смотреть было нечего. По одному каналу крутили увлекательное на их взгляд шоу, где, собравшись в тесном кругу и явно выполняя просьбу президента о самоизоляции, вся попсовая тусовка с наслаждением обсуждала, выживет ли Надежда Бабкина, и, перебивая друг друга, смаковала, кого из них она успела заразить, а кого заразят другие. На пяти каналах (он специально подсчитал!) одновременно, выстроившись вокруг кривоногой ведущей, депутаты и политики всех мастей рассказывали всей стране, что очень важно сейчас оставаться дома и не передвигаться по Москве. При этом почему-то не объясняя, как они сами попали в студию. Может, телепортировались? И, главное, забывали объяснить, почему их самих не касается указ о самоизоляции. На другом канале, бодро вышагивая по заваленному труппами Бергамо и радостно улыбаясь, журналистка вещала зрителям о творящемся кошмаре, при этом даже не удосужившись самой надеть маску, перчатки и хотя бы постараться сделать скорбное выражение лица. Всё это раздражало и бесило. Было непонятно, почему, заставив людей сидеть дома, нельзя было заставить телевидение поменять программу и постараться нести людям хорошее. Крутить хорошие фильмы, устроить бесконечные музыкальные марафоны, поставить для детей старые советские мультики. И убрать из эфира эти ненавистные и лживые морды. Которые не умеют ничего, кроме как лизнуть задницу президента, при этом отказываясь выполнить хоть что-то из того, что этот самый президент приказал им сделать для народа. Да и когда бы они могли это сделать, если с утра до вечера, переходя из одной студии в другую, по двенадцать часов в сутки рассказывают, что и как будет делаться и какое будет всем нам счастье. Так делайте уже хоть что-нибудь, уроды! Начните хотя бы делать! Дебилы!

Он выключил телевизор. Но чернота уже полностью окутала сознание. Он посмотрел на часы. Было полпятого вечера. День катился к вечеру, не принеся сегодня ни капли хорошего и попутно выкрутив нервы до предела. Но тут открылась дверь, и вошла жена. Она улыбалась и выглядела посвежевшей и бодрой.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– Хорошо. Ты знаешь, поспала, и голова прошла, и вообще всё как-то стало хорошо.

– Ну слава Богу. А я уж тут себя накрутил.

– Я слышала, ты куда-то звонил, кричал. Что случилось?

– Не бери в голову. Всё нормально. Так… текучка по работе. Давай пить чай!

– Давай. Поставь чайник.

Жена вышла, а он, воткнув кнопку электрочайника, открыл форточку и закурил.

– И чего это на меня сегодня нашло? Завел сам себя на ровном месте. Это всё эти дебилы… Ничего. Всё будет хорошо. А иначе и не может быть. А сейчас выпью чаю с медом… Или с коньяком? Или с медом? Нет, чай с медом и плюс бокал коньяка! Возьму какой-нибудь детектив, завалюсь на диван. И скажу Алисе, чтобы поставила шум моря… И всё будет хорошо. И маме обязательно вечером позвоню.

В кухню вошла жена:

– Милый, расскажи что-нибудь смешное! Люблю слушать, как ты рассказываешь.

– Да? Ну а что же рассказать? – он задумался на несколько секунд, улыбнулся и произнес: – Я тебе про Васю расскажу. Есть у меня такой рабочий. Дворник Вася. Я думаю, тебе понравится. Разливай чай. Достань мне, пожалуйста, бутылку коньяка и бокал. А я начинаю. Слушай. Вася – это тот ещё кадр…

И по мере наполнения воздуха чайными и коньячными парами, освещаясь заливистым смехом жены, в его голове таяло и исчезало всё тёмное и злое. Возвращались и раскладывались по полочкам юмор и сатира, сарказм и логика. Извилины пропитывались надеждой. Поднятая за день муть оседала на затворах. Конечно, она ещё не раз всплывёт, расшевелённая очередными идиотами, но сейчас она оседала. И обволакивало ощущение тепла и уюта.

Шёл тринадцатый день карантина…

День 14-й (10 апреля)

– Милый, с кем ты так долго разговаривал? – спросила жена, входя на кухню.

– Да представляешь, со мной какая-то хрень творится. О ком ни вспомню, сразу он и появляется.

– Ну так богатым будет, как гласит поговорка, – жена улыбнулась. А он усмехнулся:

– В данном случае скорее другая подходит – помяни дурака, он и явится.

– И кто это? Неужели Вася звонил?

– Ты представляешь! Он самый! Только вчера о нём рассказывал, и на тебе, объявился! Да ещё как…

– Ну не тяни! Рассказывай! Было смешно?

– Ну, наверное, это было бы смешно, если не было бы так грустно. – Он опять усмехнулся – просто россыпь пословиц и поговорок сегодня.

– Милая, мне нужно сделать пару звонков. Серьёзных. А потом я всё расскажу. Буквально полчаса.

Жена надула губы:

– Ладно. Работай.