Читаем Хроника полностью

^bЧтобы дерзкий враг не проведал о том раньше времени, те, кто при этом присутствовали, хранили это в тайне до тех пор, пока не были собраны союзники, рассеянные по отдельным крепостям, и не был создан боеспособный отряд; они внезапно прорвались, унося в траурной процессии тело своего государя, хотя очень многие - увы! - остались там из-за недостатка коней, без надежды на спасение. Когда дольше это обстоятельство скрывать было нельзя, римляне начали против врагов отчаянную войну; те, кого Оттон ради привилегии любви предпочитал всем людям, пытались теперь разорвать его, уже мертвого, и разбить в ходе трех битв, но трижды были отброшены и, потеряв многих убитыми, обращены в бегство.^b

^aИтак, печальная дружина, сопровождая тело любимого господина, 7 дней сносила постоянные атаки врага и не имела спокойствия, пока не добралась до города Вероны. Придя оттуда в Поллинг³, имение Зигфрида⁴, епископа Аугсбурга, они были встречены герцогом Генрихом и вторично глубоко тронуты его слезами. Давая большие обещания, он убеждал их, каждого в отдельности, избрать его своим государем и королем. Однако они, за исключением епископа Зигфрида, не согласились, хоть и не отказались наотрез; но заявили, что охотно согласятся с тем, кого изберет большая и лучшая часть народа.^a Другие же источники повествуют об этом деле так:

^cЖена названного Кресценция в надежде на власть заманила императора Оттона в свои сети; и вот, когда его войско неохотно, вняв неосторожному совету, удалилось из Италии, он, страдая от данного ею яда, умер в Италии по пути домой 25 января. Яд этой женщины поразил также папу римского, так что он потерял способность говорить. Воины, перейдя через Альпы, доставили тело умершего императора вместе с имперскими регалиями в Галлию; изнуренные частыми набегами итальянцев, они оружием проложили себе путь. Но, когда они считали себя уже в безопасности, Генрих, герцог Баварии, вышел им навстречу и, оскорбив Кёльнского архиепископа, от мнения которого все зависели, силой забрал у него королевские инсигнии, словно те принадлежали ему по праву наследства.^c

В этом разночтении читатель пусть изберет то, что ему кажется более вероятным.

^aИтак, герцог Генрих овладел телом императора и всеми имперскими регалиями, за исключением разве что копья, которое архиепископ Хериберт тайно отправил вперед. Взятый на краткое время под стражу, архиепископ, оставив там в качестве поручителя своего брата⁵, удалился и вскоре вернул священное копье.

Герцог же, достигнув с ними всеми города Аугсбурга, с честью предал земле внутренности любимого государя, прежде заботливо уложенные в два сосуда, в часовне св. епископа Ульриха, которую построил в его честь Лиудольф, епископ этой церкви, в южной части монастыря св. мученицы Афры и уступил ради спасения его души 100 мансов из собственного наследства. Затем, отпустив с миром толпу людей, он последовал за телом цезаря в свой город под названием Нейбург⁶. Позже, по просьбе своего тезки Генриха⁷, на сестре которого он женился еще при жизни императора, герцог простился с каждым по отдельности и отправил тело к назначенному месту.

Когда [тело] было доставлено в Кёльн, его сначала принял архиепископ Хериберт; затем, в понедельник после Вербного воскресения⁸ его отнесли в монастырь св. Северина, во вторник - св. Панталеона, в среду - св. Гереона, а в день Вечери Господней доставили в [церковь] св. Петра; когда по церковному обычаю сюда были введены кающиеся и им было дано отпущение, архиепископ даровал его также душе усопшего; священники потребовали [почтить его] память, что смиренно и со слезами было исполнено народом. В пятницу тело опять подняли и в Святую Субботу доставили в Ахен. Наконец, в Светлое Воскресение⁹ его похоронили посреди хора в церкви св. Приснодевы Марии; проявляемая им ко всем милость побудила их пламенно молиться и громко рыдать. Праздник Воскресения Господня, в который должны сообща радоваться люди и ангелы, не смогли справить с должным почтением из-за усталости собравшихся, ибо люди видели в случившемся наказание Божье за совершенные ими грехи.

Большая часть знати, участвовавшая в этих похоронах, обещала помощь в обретении трона герцогу Герману¹⁰, ложно утверждая, что Генрих якобы не способен быть королем по многим причинам.^{a d}Герман был герцогом Швабии и Эльзаса, богобоязненный и смиренный человек, но сбитый с толку теми, кто пользовался его мягкостью. Лангобарды же, услышав о смерти императора, нимало не беспокоясь о будущем, избрали своим королем Ардуина¹¹, некогда епископицида, более способного разрушать, нежели править государством, что по Божьему суду позже стало ясно и самим виновникам этого дела.^d