Читаем Хранители хаоса полностью

Капитан удивленно посмотрел на магистра, потом перевел взгляд на Нондера и медленно покачал головой. У Хранителя Барьера все внутри похолодело. Он почти видел, как миазмы страха и недоверия поднимаются вокруг Зигмунда. Он не рассказал о профессии Нондера капитану. Ни об одном из дефенов ничего не сказал. Посчитал это лишним.

— Теперь это не имеет значения, — спокойным голосом изрек некромант. — Так ты готов принять мою помощь?

— А насколько они будут… живы после воскрешения? — спросил капитан.

— Ни на сколько. Обычные ходячие мертвецы. Но они будут исправно выполнять свою работу. Никаких жалоб, претензий, недовольств. Тебе только нужно будет кормить их раз в день мясом или рыбой. Можно даже потрохами. В противном случае они могут накинуться на живых и покусать.

Зигмунд задумался.

— Нондер, не думаю, что это хорошая идея, — наконец заговорил Булфадий. Перемешивать людей и ходячих мертвецов — это настоящее безумие. Оно полностью противоречит Кодексу и здравому смыслу. Хотя чего он мог ожидать от человека, которому дали прозвище Сумасшедший?

— Капитан верно подметил, что на корабле он царь и бог. Хотя я не признаю ни чьей власти, но сейчас соглашусь, что главный здесь — капитан, а не ты, магистр. Поэтому и решать ему. — Некромант одарил Хранителя Барьера холодным взглядом, в глубине которого затаилась усмешка.

Булфадию захотелось выкрикнуть текст самого сильного атакующего заклинания, которое он знал. Правда, оно, скорее всего, потопит корабль и убьет всех, кто есть на борту, а значит, и провалит миссию. Но зато он избавится от этого беспринципного, самоуверенного и не ценящего чужую жизнь — и жизнь как таковую вообще — кретина.

Но магистр не мог этого сделать. Во всяком случае, сейчас. И ему снова все пришлось стерпеть.

— Так что скажешь, капитан? Ты готов принять мое предложение? — Нондер перевел взгляд на Зигмунда.

Но тот не торопился с ответом. Нахмурившись, он словно смотрел куда-то сквозь палубу. И размышлял.

— Люди могут взбунтоваться, если им придется работать бок обок с живыми мертвецами. Моряки — народ больно уж суеверный. Да и кому понравится, когда рядом с тобой находится шевелящийся труп, совсем недавно бывший твоим приятелем. — Капитан посмотрел на некроманта, однако во взгляде читалось, что идея в целом ему понравилась. Нужен лишь еще один аргумент, и он ее примет.

Нондер понял это и проговорил:

— Ты можешь выводить их в разные смены. Днем будут работать живые, а ночью — мертвые.

— Зигмунд, — заговорил Булфадий, — ты должен понимать, что…

— Я разберусь сам.

— Как скажешь, но будь осторожен. Воскрешение мертвецов не обходится без черной магии. На твой корабль может лечь проклятие, — предостерег Булфадий.

— Не думал, что ты тоже суеверный, магистр, — безрадостно произнес некромант. — Может, тебе в моряки податься?

Булфадий смерил Нондера недовольным взглядом.

— Я принимаю твое предложение, чародей, — твердо сказал капитан.

— Зигмунд, если… — начал было Хранитель Барьера.

— Мне нужны матросы. Новым в открытом океане взяться неоткуда, поэтому мертвецам придется сослужить на «Нагой деве» еще одну службу. — Лицо капитана было серьезным, с печатью усталости. — Только по возвращении на Кантар нужно их будет снова… умертвить. Не хочу, чтобы кто-нибудь узнал, что происходило на моем судне.

— Хорошо. Но у меня будет одно условие.

— Какое? — Зигмунд с легким возмущением посмотрел на некроманта.

— Один из воскрешенных — любой, пусть даже самый слабый или тот, кого ты давно недолюбливал — должен достаться мне.

— Нондер, — голос Булфадий похолодел, — ты переходишь границы дозволенного.

Но некромант не услышал реплики Хранителя Барьера. Точнее, сделал вид.

— Зачем? — поинтересовался капитан.

— Это мое дело. Десятерых матросов, сила и выносливость которых намного превосходит человеческую, тебе вполне хватит. Ты принимаешь мои условия?

Зигмунд сначала замешкался. Открыл было рот, но не проронил ни слова. Закрыл. Нахмурил брови, тяжело выдохнул и произнес:

— Принимаю.

Булфадий больше не мог на это смотреть. Он ругнулся под нос, покачал головой и быстрым шагом направился к своей каюте.

Но стоило ему подойти к двери и взяться за ручку, как амулет на груди резко завибрировал, а в ушах навязчиво загудело. Хранитель Барьера дотронулся до амулета и прошептал активирующее слово. И тут же в его голову диким ветром ворвался голос Шерка:

— Магистр, магистр, вы слышите меня?

— Что стряслось, Шерк?

— Магистр… я… даже не знаю.

— Прекрати мямлить. Говори, что случилось?

— Кристалл Барьера стал ярче!

Магистр нахмурился. Этого им еще не хватало!

— Стало быть, нам нужно поторопиться.

— Да, магистр, поторапливайтесь. Потому что он светится так ярко, что на него почти невозможно смотреть. Совсем как солнце.

Дела плохи, подумал Булфадий. А ведь Барьер может рухнуть, не дождавшись их прибытия. Надо что-то придумать.

Но что тут придумаешь, когда впереди еще почти половина пути?

— Магистр, — снова раздался голос ученика. — А где вы сейчас находитесь?

— Почти доплыли до островов Большого пояса.

— Значит, скоро попадете в Единый океан.

— Верно.