Читаем Хранить вечно полностью

Заказчикам продемонстрировали чертежи и созвали даже техническое совещание, где уточнялись детали нужного оборудования. Особенно заинтересовал гостей проект усовершенствованного отсасывающего вала, и главный инженер завода тут же подарил им чертеж на память.

В Амторге начались переговоры с представителями фирмы о проекте заказа. Американцы после каждой прочитанной вслух позиции предлагаемого договора на поставку оборудования одобрительно кивали головами до тех пор, пока не дошли до условий платежа.

Требование фирмы было непреклонным: деньги наличными! Валютой или золотом. Никаких поставок в кредит.

Деловые люди не хотели рисковать. Не далее как весной следующего года следовало ожидать краха Советов, которые рухнут под тяжестью пятилетки. Так думали и в Штатах, и в Британском королевстве.

Ведь большевики нарушили обязательства по расчетам с компанией «Лена Голдфилдс лимитед». Англо-американские компаньоны по концессиям на сибирские и уральские золотые прииски поведали миру, что русские, заключив договор, «не соблюдают правил честной игры».

Это подтвердил не кто иной, как сэр Остин Чемберлен, держатель тысячи акций «Лена Голдфилдс». Обстановка накалялась. Поэтому расчеты с русскими только чистоганом!

Берзин заявил представителям фирмы, что возвращается домой уточнить возможность немедленной оплаты. Но он хорошо знал: такой возможности нет.

Золота и валюты в стране не хватало для расчетов за оборудование для Днепростроя, Уралмаша и Магнитки, а они — поважнее Вишеры. Было ясно, что от американского оборудования для комбината придется отказаться. Но теперь можно другим языком разговаривать с немцами.

И Берзин на том же «Бремене» вернулся в Германию.

На этот раз разговор в торгпредстве был вполне деловым. Германским фирмам предлагался заказ не на то оборудование, которого еще не было, а на то, которое существовало пусть не в Европе, а в Америке.

Чертежи новейших немецких машин могли спокойно лежать в сейфах хозяев — на них никто не покушался. В то же время немцам предоставлялась возможность обставить заокеанских конкурентов и выгодно сбыть оборудование, изготовленное по последним американским образцам.

Советский инженер Соколовский подробно описал все детали в заказе. Германская машиностроительная фирма «Фюльнер» предоставила русским долгосрочный кредит. Расчеты на близкое крушение Советов здесь не принимались всерьез.

Рассказывая всю эту историю, Соколовский восхищался дипломатическим талантом Берзина.

Ольге трудно было судить о дипломатических способностях Эдуарда Петровича, но то, что происходило на Вишерской стройке, приводило ее в восторг.

Вишера превратилась в поле битвы, где покончили с извечным тихим течением жизни. Неистовое движение направлял Берзин. Овладел этот ритм жизни и ее мужем Завеном. Ему некогда было спать и есть, играть с Вовкой. Иной раз придет Завен со стройки усталый, обессиленный. Скажет ему Ольга: «Может, ты отдохнешь хоть сегодня вечером?» А он ей на это отвечает: «Нет, Оля… У меня есть еще партийное поручение…»

Ольга прощала ему это. Она видела, что кругом работали день и ночь и энтузиастами стройки становились даже заключенные. Были здесь и побитые жизнью, разуверившиеся в ней старые инженеры, обвиненные во вредительстве. Были в лагере и отпетые воры-рецидивисты, для кого честная работа означала высшую степень унижения.

Но и те, и другие почувствовали сейчас, на Вишере, взлет творческой энергии, при котором трудно было сохранять равнодушие, и такое внимание ко всем, кто решил расстаться с прошлым, что хотелось покончить с ним навсегда.

Строительство огромного комбината вдали от железных дорог, но зато по последнему слову техники уложилось в восемнадцать месяцев. Инженеры фирмы «Фюльнер», монтировавшие оборудование, ни до, ни после Вишеры не знали ничего подобного.

Штабы штурма на стройке и троекратное перевыполнение норм ударными бригадами иностранные специалисты еще могли объяснить фанатизмом русских, а равно широким и щедрым премированием. Но как здесь избавились от неизбежных простоев и неувязок — была необъяснимо.

Странным казалось, что установка и монтаж оборудования фирмы шли одновременно с достройкой здания. Монтажники работали рядом со строителями. Немцы подшучивали и смеялись: «Нельзя шить одежду на живом человеке!».

Потом увидели: метод русских ускоряет темпы. Вылощенные и корректные, в безукоризненно чистых сорочках с накрахмаленными воротничками, ходили они вокруг непонятных людей, не слишком обращавших внимание на свою внешность, и все записывали что-то в блокнотики.

Представителей фирмы «Фюльнер» не могли не поражать вдохновение строителей, накал социалистического соревнования. Но где скрывался источник энергии, оставалось самой большой загадкой. Откуда у вишерцев брались душевные и физические силы для такого крутого подъема к цели, если на пути к ней было так много препятствий и преград? Даже жить вишерцам приходилось в неуютных бараках и землянках. Они были лишены многого из того, что необходимо человеку, чтобы он мог хорошо работать и отдыхать, изобретать и творить.