Единственная бумажка с почерком Локкарта, попавшая в руки ЧК, — удостоверение, выданное Шмидхену. Но оно написано так, что виновниками можно считать только латышей. Они попросили пропуск к англичанам — он дал…
Обо всем Локкарт шифром телеграфировал в Лондон. Оттуда не замедлили ответить. 6 сентября лорд Бальфур[18]
прислал в Наркоминдел ультимативную телеграмму, потребовав «немедленного удовлетворения и строгого наказания всякого ответственного или принимавшего участие» в аресте Локкарта лица.Будто сговорившись с англичанами, такие же выражения счел уместными в телеграмме Пишон[19]
из Франции.В ответной советской ноте говорилось:
Правительство РСФСР поставлено в необходимость создать для лиц, уличенных в заговорах, такие условия, при которых они лишены были бы возможности продолжать дальше свою преступную с точки зрения международного права деятельность. Когда английские и французские войска продвигаются по территории РСФСР для поддержки открытых мятежей против Советской власти и дипломатические представители этих держав внутри России создают организацию для государственного переворота и захвата власти, Правительство РСФСР принуждено во что бы то ни стало принять необходимые меры самообороны.
В тот день, когда пришел английский ультиматум, Свердлов за письменным столом, заваленным бумагами, читал документ, адресованный председателю ВЦИК.
Документ был датирован 6 сентября 1918 года.
То был доклад комиссара Советской латышской стрелковой дивизии Карла Петерсона. В нем подробно описывалась работа Эдуарда Берзина по выполнению задания ВЧК. Читая доклад, Яков Михайлович отчеркивал некоторые абзацы синим карандашом и отмечал что-то в записной книжке.