Читаем Хранилище полностью

– Вообще-то это уже пятый вопрос… – Хаос немного покачался на луче, подсвечивающем ёлочки, причём я готов был поклясться, что луч, словно настоящий гамак, прогибается под его телом, – Ну, да ладно, я сегодня щедрый! Так вот, примерно процентов сорок – сорок два имеет на своём счету государство. Где-то десяток акционеров имеет долю около процента, и это весьма неплохие доли, по крайней мере все эти товарищи входят в совет правления корпорации. В основном это те, кто подсуетились также, как и твой дед когда-то, либо те, кто уже потом выкупил долю по гораздо большей цене у более мелких акционеров. Надо сказать, что в основном защитой именно их интересов занимается Амвросий Адамович, который не спускает на тормозах практически ни одного вопроса, связанного с игрой. Тебе с ним пока соревноваться даже думать нельзя. Этот динозавр пережёвывает на завтрак свыше сотни таких сморчков, как ты. Да-да, ты – сморчок. Или ты думаешь, что я не знаю, кто твой учитель? А кем ещё может быть ученик старика-боровичка, правильно, только сморчок-ученичок. Хм, забавно получилось, хотя и по смыслу правильнее бы слова поменять порядком, но ради рифмы порядком можно и поступиться, как считаешь?

– Чего? – растерялся я, – Ты же вроде об акционерах говорил!

– А, ну да! В общем, есть ещё некто, имеющий в своём активе около тридцати процентов акций и остальные акции размазаны тонким слоям по несущественным акционерам. Кстати сказать, что с каждым годом число этих несущественных держателей акций сокращается. Необязательно прямым устранением. Тут действует и запугивание, и простая купля-продажа, но и случаи преступлений нередки. Кстати, возможно мои данные устарели. Был однажды довольно забавный случай. Однажды наше государство выложило на биржевые торги часть своих акций. Так акции улетели в тот же самый момент, как были выложены. Никто даже ничего осознать не успел, не говоря уж о том, что узнать о самом факте их появления в продаже. А выложено было два процента. И это, надо сказать, довольно неплохая сумма. Далеко не всякая страна обладает таким бюджетом, сколько стоили эти акции, и вот они вот так моментально исчезли с торгов, словно стоили какие-то жалкие копейки. Насколько мне известно, отследить цепочку счетов, по которым прошла оплата, так и не удалось. И это наводит на разные интересные мысли. Словно этот таинственный покупатель не просто был в курсе о продаже, а буквально стоял с деньгами наготове, чтобы успеть перехватить все возможные транзакции по купле-продаже акций корпорации. Отчего-то после этого наше государство больше не спешит поделиться своими активами – боится таинственного акционера, мол, а вдруг он захватит власть в корпорации? А любое государство делиться властью очень не любит, и наше не исключение. Вот и припрятали они акции до поры, до времени. Теперь исподтишка наблюдают за теми, чьи паи в корпорации увеличиваются. Кстати, Амвросий Адамович работает не только на себя и мелких акционеров, он одновременно умудряется работать ещё и на государство, защищая и его интересы. Многогранный товарищ, не правда ли? Фактически, он – главная затычка в бочке корпорации. Где что-то прохудилось – тут же зовут его. Вот я и поинтересовался, познакомился ли ты с ним уже или нет. И поскольку всё-таки да, то какой-то интерес для него ты явно представляешь. А вот какой? Тут уж тебе виднее…

– Мда, что-то от твоих объяснений всё только запутаннее стало.

– А я разве обещал всё разложить по полочкам? – в этот момент одна ёлочка согнулась и принялась обмахивать своей верхушкой моего собеседника, как опахалом, – Что-то жарковато стало, ты не находишь?

– Да, есть немного, – согласился с ним я, и тут же вторая ёлочка принялась обмахивать уже меня. Эффект был почти как от вентилятора. А что, удобно!

– А расскажи-ка мне про детский дом. Как долго ты там пробыл, что там интересного? Я слышал, нынче там все дети обучение тоже в капсулах проводят?

– И не только обучение, но и всё свободное время. Они живут словно зомби какие-то. Из капсулы вылезают только затем, чтобы поесть и в туалет сходить. Всё остальное время торчат в виртуале. Они скоро совсем забудут, каково это жить в реальном мире. Впрочем, и я там себя вёл не лучше. Ну нечем там себя занять в свободное время. Казалось бы, огромная площадь здания, множество комнат, где могли быть и спортзал, и какие-нибудь обучающие классы, а по факту – просто голые комнаты, где нет ничего.

– Мда, забавно. А по государственной программе в детдомах должны быть классы со станками, обучающими детей различным профессиям: токарь, столяр, фрезеровщик, повар, швея, раскройщик и много чего еще. Понятно, всё как всегда: гладко было на бумаге, да забыли про овраги, то есть про чинуш, хотящих свой кусочек хлеба с маслом и толстым слоем икры.

– Типа того. Так кроме того, меня там хотели подсадить на зависимость от стопроцентного виртуала. Кстати, этот момент действительно существует?