Читаем Хозяин дракона полностью

Замок скрипит – его давно не смазывали, – но поддается. Передо мной – черный проем. Ныряю, дверь за спиной с грохотом закрывается. Ключ проворачивается в замке, темнота…

За два месяца до описываемых событий Фока, логофет[8] дрома Ромейской империи, явился во Влахернский дворец. Миновав аркаду резиденции басилевса, логофет остановился у бокового входа. Выскочивший из дверей служитель поклонился и предложил следовать за ним. Фока подчинился. Они прошли коридором, поднялись по широкой лестнице. У высоких, инкрустированных золотом дверей проводник остановился.

– Басилевс ждет! – сказал громко и потянул за тяжелую бронзовую ручку.

Фока вошел и поклонился. Басилевс ромеев, император Венгерский, Хорватский, Сербский, Болгарский, Грузинский, Хазарский и Готский Мануил стоял у стола, разглядывая огромный лист бумаги. Увидев логофета, он некоторое время молча смотрел на чиновника. Фока не опустил взгляд. Свет из окна падал на лицо Мануила, выделяя тенями каждую морщинку. Опытным глазом царедворца Фока отметил: за время, прошедшее с их последней встречи, басилевс сдал. Мануил вступал в седьмой десяток лет. Возраст далекий от ветхости, но… Глубокие морщины на высоком лбу, синеватые мешки под глазами, обвисшие щеки… Сейчас Мануил нисколько не походил на того безумно отважного воина, единственного, кто уцелел в резне, устроенный турками близ замка Мириокефал. Это случилось внезапно. Авангард могучего войска ромеев, в котором находился и Фока, далеко оторвался от основного войска. Армия передвигалась без дозоров: упоенные своим могуществом, ромеи не опасались турок. Враг жестоко наказал за беспечность. Войско втянулось в Иврицкую долину, когда со склонов посыпались стрелы и камни, затем ринулись турки. Мануил и шурин Балдуин, императорская гвардия и лучшие полки катафрактариев бились насмерть, но турок было слишком много. Они катились со склонов, будто сама гора рождала их на погибель христианам. Пали все, уцелел лишь басилевс. Он прискакал в лагерь авангарда в проломленных доспехах, залитый своей и чужой кровью, со щитом, в котором застряло три десятка стрел…

Басилевс сделал приглашающий жест, Фока подошел ближе. Доставая из рукава свиток с докладом, бросил взгляд: на столе разостлан лист с астрологическими таблицами. Фока тихонько вздохнул. Он не верил во влияние звезд на человеческие судьбы, зато басилевс верил. Логофет благоразумно промолчал.

– Говори! – велел Мануил.

Фока начал доклад. Он был безрадостным. На границах империи неспокойно. Досаждают турки, недовольные отказом Мануила срыть Дорилею. По мирному договору, подписанному после поражения в Иврицкой долине, император обязался разрушить две крепости, но Дорилею не тронул. Султан отправил посольство, требуя выполнения договора, получил отказ и принялся опустошать малоазийские земли. Мануил разбил турок на переправе через Менандр, но они не угомонились. Еще хуже обстоят дела на Западе. После того как объединенная армия папы, сицилийского короля и итальянских городов разгромила императора Барбароссу, итальянская политика ромеев затрещала по швам. В Венеции состоялся конгресс, объединивший врагов Мануила. Очередной крестовый поход может закончиться у стен Константинополя. Желающих разграбить богатейший город много. Повод найдется. Несколько десятилетий тому Мануил прошелся по западным землям, как смерч. Разбил норманнов, сербов, затем усмирил венгров… Пролиты реки крови, истрачены горы золота… Все впустую. Враги объединяются, становятся все сильнее, истощенная немыслимыми податями и поборами империя не в состоянии им противостоять…

Мануил слушал молча, рассеянно водя пальцем по астрологическим таблицам. Фока с ужасом подумал, что басилевс сверяет его доклад с предсказаниями звезд. Если звезды покажут, что логофет не прав, басилевс обвинит его во лжи. Фоку бросят в подвал, а там долго не живут – палачи императора знают дело. Сначала запытают, затем потихоньку удавят тетивой лука, а тело бросят в залив… Доклад логофет заканчивал треснувшим голосом.

– Расскажи о смоках! – неожиданно сказал басилевс.

«О ком?» – чуть было не спросил логофет, но вовремя спохватился: его письмо басилевсу годичной давности! Фока не предполагал, что его прочли. Ошибся. Басилевс не забыл.

– Смоки – водяные змеи, питающиеся рыбой и вырастающие до огромных размеров, – начал логофет. – Хорошо летают. Нрава мирного, легко привыкают к людям, если поймать их совсем маленькими…

– Это я помню! – раздраженно сказал Мануил. – Почему не удалось их приручить?

Логофет облизал пересохшие губы:

– Это долгая история.

– Я не спешу!